Рождаться сверхновой у подножия беримбау


Новости и отчеты     теги нового топика (введите)

Рождаться сверхновой у подножия беримбау

Заголовок, похоже, не слишком наполнен смыслом, да и в тексте логические связи могут не прослеживаться. Пусть логика этого поста будет похожа на логику индусов, которые говорят: "I love you because I love you". Так же и я о капоэйре. Я люблю ее просто потому, что люблю ее.
Моей жинге лет 7-8. То отхожу, то возвращаюсь, то делаю вид, что мне все равно, то снова запоем тренируюсь. Я могу сколько угодно прогуливать занятия, но однажды беру в руки беримбау, и он зовет меня обратно, и я ничего не могу поделать. Это любовь.

В жизни и в капоэйре я - охотник за эмоциями. Мне не так интересно повторить в точности все чи-чи-тин-тон, сколько важно почувствовать мурашки, бегущие волнами по телу от звуков моей гунги. Мое эго равнодушно к фишкам и точеной технике, зато когда травмированная рука разрешает снова встать в обычную бананейру, я радуюсь, как ребенок. Я уважаю красивые гармоничные секвенции, но обычное миалуа ди компассу или кишада приносят мне невероятное и несравнимое счастье простых, но наполненных силой движений. Я люблю наблюдать за людьми в кругу и в батерии. Подмечаю, когда кто-то погружается в созерцание игры, кто-то скучает за агого, кто-то нахмурен и страшно серьезен за ведущим беримбау, кто-то напрягается, пытаясь вспомнить куплет сложной песни. Обожаю тех, кто кайфует за обычным реку-реку, кого уносит в трансовые дали за гунгой, кто упивается простейшим корридосом, кто умеет улыбаться в игре, нанося удар или падая от раштейры. Когда мне выпало недолго повести свою группу, мы половину тренировки вместе погибали от хохота. Моя капоэйра содержит в себе четыре главных для меня португальских слова. Alegria. Amizade. Axe. Amor. Я много расспрашиваю мастеров о том, что они чувствуют, садясь к pe do berimbau перед игрой. Десяток вопросов им задаю - и все про одно и то же. Ищу ответ на некоторые свои вопросы. Они не о технике и не о корнях, не о традициях и не об истории. Они об эмоциях и чувствах. О том, что капоэйра может подарить нам и что мы можем из нее извлечь для того, чтобы перехватывало дыхание - ведь из этого, говорят, и состоит жизнь. У меня уже внешний диск забит их интервью и рассказами - ждут своего времени, чтобы показаться вам. И вот я сама оказываюсь у сердца Роды Капоэйры, у главного ведущего инструмента беримбау, со своим мастером, чтобы начать игру, которой меня посвятят в новый статус. Шнурок-то новый невысокий, мне полагается получить его под бешеный Sao Bento Grande de Bimba Regional, поиграть со всеми быстрыми опасными ловкими парнями того же уровня, и я мое нерабочее плечо уже заранее ноет. Но мой мастер решает, что все будет по-другому. "Садись", - говорит, - "Анголу играть будем с тобой". К слову сказать, мы Анголу не практикуем в группе. Только если тренер решит нас побаловать чем-то новеньким в череде привычных занятий. Где-то на заре занятий мы ездили в Финляндию к северным анголейру, шастали по ангольским группам, где приходилось; играли на кухнях и в гостиных, смотрели видео, учили ладаиньи - для расширение кругозора и потому, что круто иногда поорать это шаманское Ieeeeeeeeeeeeeeeeeeee! Люблю Анголу, но сказать, что могу ее играть, у меня язык не повернется. Смотрю постоянно записи ученицы Mestre Marrom Tatiana и обещаю себе, что в следующей капо-жизни обязательно буду анголейрой. Но прямо сейчас мне дают пояс в школе capoeira contemporanea, и при этом играть мне придется именно Анголу, а как - ну мои проблемы. Сейчас я в роли тех, кого расспрашивала о чувствах у pe do berimbau. Мой мастер смотрит на меня хитро - он знает, как важен для меня этот момент. И чтобы продлить его, он поет ладаинью для меня. Несколько месяцев назад я прошла випассану. Это медитационный курс. Десять дней и сто часов медитаций для остановки неуемного внутреннего диалога, для обретения навыка концентрации, для очищения себя от лишних мыслей и эмоций и для приручения ума. Так вот все эти десять дней приравнены к той тишине, которая наступила внутри в тот момент, когда я сидела у беримбау, а мой мастер пел для меня песню. Ни одной мысли. Безмолвие и весь мир сконцентрирован вокруг нас двоих, как будто вокруг защитный кокон из музыки и пения, взгляда моего учителя и моих друзей. Не помню, как мы играли, и хотя есть видео, я еще не смотрела его. Кому-то понравилось, кто-то, наверняка, не нашел в этом ничего особенного. Но я знаю, что капоэйра хоть и эффектна внешне, не может быть полностью оценена со стороны. Увидишь технику, увидишь ошибки и удачи, увидишь много чего, но никогда - настоящие эмоции. Только двое играющих капоэйриста знают, что происходит на самом деле между ними. Это все равно, что двое занимаются любовью, а другие подглядывают за ними в замочную скважину. Только ты знаешь, как замедляется время во время удара, как забывает о травме больная рука, как предвидятся движения, как блестят глаза мастера перед тем, как он опрокинет тебя на землю неожиданной подсечкой. Нас меняет не новый пояс. Нас меняет один момент. Одна игра. Если мы внимательны и успеваем чувствовать и проживать этот момент и эту игру. Не забывайте жить.