Канжикинья: "Радость Капоэйры"

Порадую любителей капоэйры новым переводом замечательной книги.

/uploads/image/2015/12/04/d4606af08e_original.jpg Канжикинья: "Радость Капоэйры"

((https://vk.com/doc-32748952_437087334 Скачать, посмотреть книгу.))

Если найдутся какие-либо комментарии, замечания, исправления, дополнения – буду рад узнать о них. Пишите здесь или в личку:
https://vk.com/salva

Так же, можете поддержать проекты и подписаться на новые переводы книг и статьи:
http://capoeiransk.livejournal.com
https://vk.com/capoeira_siberia


Наследие Паштиньи

Наконец-то я закончил перевод этой книги. Чему очень рад. Дело в том, что о капоэйре написано много книг, но большинство из них пустопорожние, где повторяются одни и те же факты, домыслы, стереотипы, а книги действительно стоящие - большая редкость. О том, чтобы такие книги были на русском... о чем здесь говорить: плюс одна вечная книга капоэйры.

/uploads/image/2015/08/03/e4330595d5_original.jpg Наследие Паштиньи

«Наследие Паштиньи» - это уникальная книга, впрочем, как и другие работы Деканио. И, хотя в книге раскрывается наследие величайшего мастера капоэйры Ангола, она будет интересна не только тем, кто практикует Анголу, но и всем другим капоэйристам, независимо от стиля и школы, потому что это книга о капоэйре в целом.

Ссылка на скачивание книги:((https://vk.com/doc-32748952_437003490?dl=481f7051a3e1b26585 "Наследие Паштиньи".))


Интервью с Итапуа БейраМар

Доброго времени суток. Сегодня в меню интервью с Жоржи Итапуа БейаМар. Я долго подбирала слова, чтобы хоть как-то объяснить, почему я взялась за это, но не получилось. Как-то в Израиле, когда представляли публике всех мастеров, контр-мастеров и т.п., на нем запнулись и тихонько спросили: "Каким чином тебя величать?", на что он просто пожал плечами и ответил: "Итапуа".

/uploads/image/2014/10/26/a52fcdb501_original.jpg Интервью с Итапуа БейраМар

Для меня этот человек - один из самых ярких представителей современной капоэйры. Я пересматриваю его игры раз за разом и постоянно с открытым ртом. А когда он, в свою очередь отрывает рот и начинает говорить о капоэйре, я только хлопаю глазами, как трехлетняя Маруся, которой я в первый раз показывала жингу.

Интервью я переводила с португальского, пользуясь помощью испанских субтитров, но я всё-равно не уверена в правильном переводе некоторых фраз (другой вариант в скобочках), хотя от смысла и не отходила. Как всегда, жду вашей корректировки, и конечно, отзывов о самом интервью.

((http://www.youtube.com/watch?v=9hTbYUSEclc Смотреть и слушать интервью - здесь.))

Меня зовут Итапуа БейраМар, я живу в Риу дэ Жанейру.
Больше всего мне нравится играть капоэйру в свободной форме, без жестокости, драк, играть просто ради удовольствия и развлечения, и на высоком уровне, используя все, что представляет из себя капоэйра (задействовать все грани капоэйры).
Я не принадлежу ни к какой группе и не верю, что группа - это что-то достаточно интересное для того, чтобы её представлять. Думаю Группа - это капоэйра со всеми, всеми капоэйристами. И я развиваю такой "институт" (подход), с моим отцом, но это школа, а не группа. Называется она "Школа Нестора Капоэйры", основана в 2002 году и находится в Риу дэ Жанейру. Это место, куда может прийти и учиться каждый, вне зависимости от того, состоит он в какой-либо группе или нет и т.п.

Сейчас декабрь 2012 года, я нахожусь в Мексике, провожу курс, который оттачивал на протяжении 15ти лет своей тренерской практики, именно для того, чтобы давать классы для иностранной аудитории (по большей части).
Этот курс я провожу здесь, в Мехико, недалеко от Центра Капоэйры, которым руководят мои друзья - Хуан и Летисия.

Я слушал беримбау, задолго до того, как родился, еще будучи только в животе моей матери. Капоэйра для меня - это естественная часть моей жизни, как ходить или кушать. Это не то, чем я решил начать заниматься, я уже родился среди капоэйры и рос в ней.

Работаю по своему образованию - в сфере мануальной и физиотерапии, уже больше 12ти лет. Выбрал это направление, чтобы работать с другими и быть более свободным в капоэйре.
Всё, что мне интересно и всё, что я нахожу возможным (посильным) я впитываю и связываю с моей капоэйрой.
Я говорю не только о таких оздоровительных практиках, как йога, чи-кун. Не обходится и без актерского мастерства, некоторой театрализованости (театральной интерпретации) и других искусств: контактной импровизации, контемпорари-дэнс... Я считаю, что всё это обогащает, суммирует и делает так, что структура капоэйры только расти и развивается.

Окол 15ти лет я вовлечен в преподавание капоэйры и за это период выработал специальный метод, впитывая (???) различные техники капоэйры и вкладывая в основу больше гармоничность нежели механику (техничность?). Я больше стараюсь передать понимание игры капоэйры, понимание самого ритуала (в данном случае, мне кажется, что он имеет в виду понимание самого процесса), а не следовать установленным правилам, идя на поводу у техничности и механичности движений.
Это было хорошо принято в Риу дэ Жанейру, где я регулярно провожу тренировки, в одном из "филиалов" школы Нестора Капоэйры. Также я работаю с детьми в схожем направлении, собирая их Вместе, на самом деле Вместе. Я работаю с детьми от 2-х лет,, и я лишь подталкиваю их к элементам капоэйры, без каких-либо стремлений к технике и её развитию, и исключительно в игровой форме, развлекая капоэйрой, чтобы она для ребенка была понятной и он всегда находил в ней что-то интересное. И тогда, возможно, позже, когда он подрастет, он сам поймет и решит, хочет ли он изучать капоэйру глубже или нет.

На меня в капоэйре влияют очень многие. Самом собой, в первую очередь, это мой отец как Местре. Он уже очень многое сделал для капоэйры, став первым, кто начал обучать ей за пределами Бразилии. Написал 4 книги и пятая на подходе. Он капоэйрист с открытым умом и очень широким взглядом на капоэйру. Самое большое влияние оказывает на меня именно он. Также местре Жил Велью, часть группы Сензала, один из основоположников, который представляет собой органичную (гармоничную) капоэйру, в которую я верю больше, чем в капоэйру механическую (техничную). Местре Акордеон для меня образец, его уклад, его жизненный опыт, вклад в развитие музыки, что крайне важно.
Жогадоры... Местре Кобра Манса - великий капоэйрист, дает мне по-настоящему хороший стимул. Месте Камалеау. Также Местре Марром из Риу дэ Жанейру оказывает на меня сильное влияние. Всё первое поколение мастеров Сензалы. Местре Кабелу, который также связан (на связи с) с очень важным поколением мастеров. Мой круг влияния - это не только мастера, но и друзья, такие как Феррадура, Каверна, мой брат. В конце концов, я считаю, что каждый уважающий себя капоэйрист должен искать вдохновение везде, что бы его капоэйра всегда росла и развивалась.

Мой вклад в капоэйру - это, в первую очередь, веб-сайт abeiramar.tv, который работает в основном с аудиовизуальной информацией (производит её), а также каталогизирует уже имеющийся в сети аудиовизуальный контент. Раньше, до того, как капоэйру стали преподавать, ей учились только глядя на других. Так что видео возвращает такой способ изучения: смотря и пытаясь увидеть различные возможности. Я делаю это для того, чтобы капоэйрист, независимо от его группы и стиля, мог найти в интернете то, что ему интересно. Думаю, это довольно полезная работа. Это важный шаг, в котором капоэйра сегодня очень нуждается: развиваться и совершенствоваться, перестать разделяться и стать одной, полноценной.
Вместе с моим другом, Местре Феррадурой из Риу дэ Жанейру мы развиваем еще один проект, который назвали "Movimento Novo". Возник он 5 лет назад, в 2008 году из необходимости собирать капоэйристов Риу нашего поколения, но разных стилей и направлений. Осознавая наличие некой остраненности и отсутствия контактов, связи между ними мы решили устроить роду, в которой собрали вместе капоэйристов из разных школ, чтобы была возможность обмениваться информацией и играть капоэйру на более высоком уровне. Все это было заснято, показано и, впоследствии, хорошо принято. И это стало отправной точной для растущей теперь тенденции, этого взгляда на капоэйру, без званий, без групп, взгляда на капоэйриста, как на индивидуальность, личность, которая растет и развивается, как и его способность взаимодействовать с другим капоэйристом и создавать в роде невероятно интересные моменты и ситуации. Более того, при этом он перестает быть только бойцом или тренером, и становится больше артиcтом, а его тело - великим инструментом искусства, и, вместе с другим капоэйристом, вообще со всеми остальными капоэйристами в роде способен создать моменты, достойные того, чтобы их запомнили.

Чем дальше, тем быстрее капоэйра распространяется по миру, и в этот период надо отдавать себе отчет в том, что ты делаешь, начиная преподавать её. Прежде всего потому, что капоэйра - это не только техника, не только боевое искусство. Она идет бок о бок с культурой, бразильской культурой, и поэтому для бразильцев многие вещи понятны и не требуют объяснений. И в соответствии с этой самой культурой, которой собираются обучать вне Бразилии, тренерам необходимо знать, на какие её аспекты надо делать акцент, выделять их, или же - нет. Например, здесь, в Мексике, среди латинского населения и его быта уже есть вещи, которые могут быстро продвинуть вперед и позволить идти дальше. Но если говорить о северных народах, жителях Европы или Азии, то для них необходимо делать акцент на совсем других моментах. И это довольно интересно, исходя из культуры которую знаешь и которой учишь, думать, какие моменты, стороны капоэйры важно выделить и показать.
И очень важно, чтобы каждый капоэйрист пришел к такому пониманию, способности видеть дальше и открылся конкретным "мелочам". Тогда капоэйра действительно сможет расти и полностью раскроется, станет цельной. Но чтобы развивать свою индивидуальность - необходима группа.
Для меня капоэйра, как и музыка - понятие довольно обширное. Существуют разные музыкальные жанры, такие как Боса Нова, Рок'н'Ролл, Самба, классика, musica erudita (?). Капоэйра также очень специфична, это совокупность разных исполнений, многих различных звучаний, если так можно выразиться. Но я, по большей части, воспринимаю капоэйру, как некую жизненную философию. Она мне очень помогает понимать и себя и понимать как общаться с другими людьми и как сделать свою жизнь лучше, приятнее и интереснее. Как я и сказал - это моя философия, прежде всего.

Роль музыки в капоэйре - основополагающая, что является огромным отличием. Говоря метафорами: если музыка - это вода,то капоэйристы - рыбы. Без воды, рыба умирает.


Mestre Jelon: "Чтить прошлое, жить настоящим, обнимать будущее"

/uploads/image/2013/07/03/90dbf2e595_original.jpg

//Mestre Jelon:// "Чтить прошлое, жить настоящим, обнимать будущее"

Благодаря мастеру нашей группы, Mestre Dende, нам удалось заполучить на свой летний семинар легенду мировой капоэйру, гранд мастера - Mestre Jelon.
Ему 70 лет, он видит нас всех в Роде насквозь, гоняет нещадно на тренировках, много улыбается и прямо-таки излучает капоэйру. Немного о нём и немного его записанных слов.

**Mestre Jelon Vieira** - основатель школы **Capoeira Luanda**, хореограф, мастер и преподаватель капоэйры. Родился в Санту Амару, в 1953 г. Свой путь в капоэйре начал в десятилетнем возрасте с //Mestre Emérito//, занимаясь капоэйрой Ангола. Чуть позже продолжил тренироваться с //Mestre Bobô//. В 1969 году познакомился с //Mestre Eziquiel// и обучался капоэйре Режионал в академии //Mestre Bimba//. В 1975 году Jelon Vieira уехал в США, где еще не знали капоэйру, и начал преподавать ее. Как мастер капоэйры и хореограф он работал с Wesley Snipes, Eddie Murphy, Brooke Shields, Timothy Dalton, Pelé. За много лет в США он преподавал во многочисленных университетах страны - Universidade de Yale Africano-americano, Universidade da Pensilvânia, Universidade de Denison, Oberlin College, Universidade de Columbia, Nova York Yniversity, Universidade de Stanford, Duke University, University of Nebraska, University of Miami, Universidade da Flórida. Живя в Нью-Йорке, Желон тем не менее много месяцев проводил в Бразилии. Там ему удалось открыть центр помощи нуждающимся детям, где он использовал капоэйру как инструмент для того, чтобы мотивировать детей на образование, обучение и рост, чтобы увести их с улиц, помочь влиться в образованное общество. В Штатах он продолжал работать над своим хореографическим стилем, в котором сочетал традиции афро-бразильских танцев и современных танцев Северной Америки. В 1976 году сформировал команду Capoeiras Bahia с Loremil Machado. Позже, в 1977 году, мастер основал шоу-группу DanceBrazil которой руководит последние 20 лет. В 1993 году в Бразилии, внутри фонда капоэйры и культурного центра, Jelon Vieira и Jo Long создали Центр афро-бразильских искусств (на самом деле звучит очень красиво - a Casa de Arte Africano-Brasileira). В сентябре 2008 года Mestre Jelon Vieira был награжден одной из одиннадцати стипендии Национального наследия, это высшая награда страны в народных и традиционных искусствах. /uploads/image/2013/07/03/cac7f773aa_original.jpg **Из слов Mestre Jelon:** - Капоэйра как вода: она принимает форму того, что наполняет. Дайте ей свою форму, форму своего тела и своих движений, и она наполнит вас. - Прячьте свои намерения в игре. - Рода - маленький мир, который готовит нас к большому миру жизни. - Всё начинается внутри нас. Я просыпаюсь утром, и у меня есть выбор: быть счастливым или быть несчастным. Я выбираю быть счастливым. - Мой способ жить: чтить прошлое, жить настоящим, обнимать будущее. - В 7 лет я потерял отца, это была первая раштейра в моей жизни. Тогда я уже шел к капоэйре, а она шла навстречу ко мне. Я учился делать ау, сальто, и в эти моменты забывал обо всем плохом. Капоэйра учила меня освобождаться от ненависти и злости, понимать разницу в мире, уважать всех живущих в нем людей. - Прежде всего смотрите на меня, как на человека, потом уже как на мастера. Мастер - это что-то идеальное. - Я вижу, как культура разных стран обнимает капоэйру. Это удивительно и приятно наблюдать. - В мое время в районе все взрослые воспитывали всех детей. Не было чужих, ты был ребенком сразу всего района. Так что когда я впервые увидел роду капоэйры по дороге к цирку, остановился там надолго и заставил весь район искать меня, то заслуженно получил месяц домашнего ареста.


Mestre Balu: "Капоэйра - единственная среда, которая принимает фриков"

У нашей группы появился замечательный друг - Mestre Balu из группы Rabo de Arraia. В последнее время он с радующей частотой приезжает в Питер и неизменно тормошит всех своей неуемной энергией, раскачивает наши семинары, заставляет нас смеяться все тренировки подряд и добросовестно работать, критикует и высмеивает, издевается и подкалывает, в общем, вносит явное разнообразие в нашу местную капоэйру.
Историю, биографию и прочее можно почитать на википедии, а здесь я лучше напишу несколько его цитат, чтобы их не забыть, перечитывать и улыбаться.

Раньше я думала, что больше всех о капоэйре способен говорить Mestre Luis Claudio. Но теперь пальма первенства безоговорочно перешла к Mestre Balu. Он обожает говорить о капоэйре, и, что радует, при этом не занудствует, а постоянно шутит, матерится, смеется, перескакивает с темы на тему, задает неожиданные вопросы - в общем, и не заскучаешь с ним, и о капоэйре узнаешь, и португальский прокачаешь. Кроме того, Mestre Balu - превосходный актер, и даже наш местный бразильский градуаду хватается за голову, когда местре рассказывает очередную историю, приправляя ее острыми словечками, жестами и пантомимой. Все остальные при этом погибают от смеха. При этом он способен быть очень серьезным и давать потрясающие рассудительные интервью, которые я, правда, пока не могу выложить)) Пока пара цитат: - Когда в капоэйре соединяются malicia и surpreza, получается malandragem. - Наши движения в капоэйре можно сравнить с почерком. Есть люди, которые пишут разборчиво, красиво и понятно, а есть те, чьи написанные слова не разобрать. Если продолжить метафору, то форма и выполнение формы - это почерк, а вот уместность - уже мысль, выраженная этим почерком. - Капоэйра - единственная среда, которая принимает фриков. Иногда вот посмотришь на человека - фрик фриком... Как он такой живет... А потом смотришь на него через пару лет в капоэйре - ничего такой, освоился... - Я тут увидел ваши видеозаписи, когда вы только начали заниматься капоэйрой... Вот я посмеялся! Нет, ну представьте, у этого парня такие штаны модные, на одной штанине написано огромными буквами CAPOEIRA DO BRAZIL, а на другой AXE BAHIA. И он ходит такой гордый. Нет, ну кто вам сказал, что это красиво?? Ну кто?? - Люди! Жинга прекрасна! Вот посмотрите на меня. Я же некрасивый… Но, когда я начинаю делать жингу,… Я ПРЕКРАСЕН! - Европейским капоэйристам не хватает глубины. Вы машете ногами, но вы не думаете о том, что у капоэйры есть душа и дух. Вы даже не пробуете почувствовать этого, вы боитесь слов о магии, об энергии и хотите заниматься только телом. - Как понять, настоящий ли вы капоэйрист? Знаете? Есть один способ. Стопроцентный. Приезжаете в Бразилию. Приходите на большую роду, где присутствуют разные группы. Играете. И если после этого к вам подходят и спрашивают, из какого вы штата, вы прошли тест. Вы играете капоэйру.


интервью c Itapua Beiramar

Друзья, это мой сотый пост здесь и восьмисотый на инсайде в целом, так что я решил вернуться к истокам нашего коммьюнити и чтонить перевести)
Под катом небольшое интервью, которое команда Capoeira Vibe взяла у местре Итапуа Бейрама, по случаю запуска проекта «Сapoeira Q roda».

Приветствуем, местре! Вы не могли бы представиться для наших читателей? Меня зовут Итапуа Бейрамар, я из Рио, мне 35 лет, и я вот уже 36 лет занимаюсь капоэйрой, считая время, проведённое в утробе матери, ведь мой отец не только местре, Нестор Капоэйра (автор нескольких известных книг о капоэйре, в том числе «Малой книги о капоэйре»), но и мой учитель. Всю свою жизнь я играю капоэйру. И сейчас я нашел в ней свое место, свой способ мышления и путь самовыражения и обучения других. Одним словом свою капоэйру! Не могли бы вы пояснить, что вы подразумеваете под «Своей капоэйрой»? Для капоэйриста это значимое достижение, когда получается осознать «свою капоэйру». После долгого периода наблюдения, изучения, осмысления, ты начинаешь сам прокладывать себе путь и начинаешь создавать новое, новый способ обучать, новую манеру двигаться, даже создаёшь новые движения. Начинаешь не только получать, но и отдавать, добавлять в капоэйру. Конечно, ты продолжаешь учиться. Для меня это некоторый определяющий рубеж в познании капоэйры. Это очень ясный сдвиг, который можно заметить в некоторых. Для чего был создан ABeiramar.tv и как долго к этому шло? Abeiramar.tv стартовал в сентябре 2010, но снимать видео о капоэйре я начал ещё в 2005, мы с мамой сняли документальный фильм о Mestre Leopoldina, местре моего отца. Так получился фильм “Mestre Leopoldina: A Fina Flor da Malandragem”. Меня очень вдохновила возможность запечатлеть капоэйру на видео. В Бразилии этим особо никто не занимался. Я ещё и сёрфер, а у сёрферов это само собой разумеющееся. Обдумав все возможности, я понял, что капоэйра выиграет если начать её снимать и потом использовать эти видео. Я раздобыл камеру и начал снимать своих учеников, чтобы показать им как они двигаются, стал смотреть как играю сам. Потом был DVD “A Escola do Nestor Capoeira” рассказывающей о школе моего отца в Рио. Я брал камеру с собой, куда бы ни шёл. Снимая игры, я пришёл к выводу, что порой, засняв какое-либо движение, в моих руках оказывается уникальный материал. Ведь то, что случилось в игре между игроками, больше никогда не повторится. А засняв, ты можешь пересмотреть или показать это другим! Я стал снимать больше в поисках новых движений и интересного взаимодействия между людьми. Как-то раз мне повезло настолько, что я заснял очень интересную игру Гату Феликса и местре Камалеау. Я выложил запись в интернет и увидел, что ей заинтересовалось очень много людей. Это вдохновило меня выкладывать свои видео в интернет. У капоэйры не было своего тв-пространства, даже в Бразилии, поэтому мы с женой и друзьями решили создать в интернете регулярно обновляемый и пополняемый канал. Видео – это замечательный инструмент для изучения капоэйры, в особенности потому, что ты сможешь увидеть капоэйру со всего мира. С одних только видео капоэйре не научишься, но как вспомогательный инструмент они хороши, главное не забывать ещё и тренироваться. С чего начался проект "Capoeira Q Roda"? Я мечтал о таком проекте с самого начала. У сёрферов такого видео полно: собрались компанией, отправились в путь и засняли всё это дело. Я сказал моей жене Кэрол, которая была тогда на седьмом месяце: «Давай отправимся в Сальвадор, как мы обычно делали, но на этот раз все заснимем». У нас там были друзья, Жеже и Гуашини, который были большими фанатами Абейрамар.тв и моих записей. Гуашини помог нам организовать маршрут и договориться с местными мастерами. Вернувшись после поездки, во время которой мы сделали много видео, мы положили её в долгий ящик к другим проектам, которые, я знал, займут много времени на монтаж и режиссуру. Процесс занимал обычно от 6 до 8 часов в день и мог растянуться на месяц-другой. Это было как раз то время, которого у меня не было, ведь мне нужно было оплачивать счета, как и всем остальным. Тогда один мой друг пришел ко мне с идеей краудфандинга, чтобы люди могли поучаствовать в финансировании проекта. Прикинув сколько человек посещает наш сайт, и тот факт, что раньше никто с таким проектом не выступал, я решил что стоит попробовать. К счастью, мы собрали нужные средства, а платформа, на которой мы запускались, сообщила, что это был самый стремительный успех на их памяти. Я очень рад, что у нас получилось воплотить мою давнюю мечту. Что по-вашему капоэйра дала вам? Даже не смотря на то, что я родился в капоэйре, это был мой сознательный выбор - остаться в ней. Я получил лучшую жизнь, широкий взгляд на вещи, индивидуальность, и опыт, помогаюжий взаимодействовать с другими и понимать их. Я получил потрясающий инструмент, помогающий мне прожить мою жизнь наилучшим способом. Каким вы видите развитие капоэйры в будущем? Я думаю у капоэйры еще многое впереди, и более того, я считаю, что видео - хорошоя возможность для людей, не играющих капоэйру, лучше понимать ее и ценить. Это моя цель в жизни. Также как миллионы людей, не играющих в футбол, следят за матчами и понимают суть игры. Не знаю, получится ли у меня, но я постараюсь сделать это же для капоэйры. Если вам будет что показать, люди с радостью станут смотреть, и капоэйра тут может дать вам куда больше, чем футбол или бои без правил. Я надеюсь будет становиться все больше таких поектов, как Dundak, Bassula, Capoeira Vibe и Abeiramar.tv, больше каналов о капоэйре, больше марок одежды, больше программ для капоэристов и о капоэйре, поддерживающих ее. Капоэйра должна быть единой, без оглядок на группы и стили. Капоэйра растет, развивается, и это уже не остановить. Я очень надеюсь, что большинство границ падут, чтобы мы могли быть вместе, не теряя индивидуальности. Это главный парадокс. Ты трудишься и тренируешься в группе, но ты сам по себе личность. Ты должен развиваться как человек, но не думать только о себе. Я бы хотел и надеюсь, что капоэйра сможет стать единой общностью людей, которые ценят и получают радость от того, что капоэйра может им дать. Какой совет вы бы дали другим капоэристам? Продолжайте тренироваться, и сохраняйте разум открытым, ведь перед вам столько путей, чтобы развиваться и расти. И по мере тренировки вашего тела, не забывайте о музыкальной стороне капоэйры. Тренируйтесь и старайтесь узнать так много, как только сможете, чтобы понять свой путь в капоэйре. Никогда не прекращайте радоваться капоэйре. Ведь веселье и радость ваш основной мотиватор. Чем больше вы тренируетесь, тем больше радости вы можете получить. С самого начала ты видишь веселье капоэйры, и чем больше тренируешься, тем больше его для тебя открывается. Тяжкий труд без причины для меня не имеет смысла. Вы должны получать удовольствие! Пожалуйста! Спасибо, местре! От меня спасибо Кавейре за помощь с переводом и всем участникам инсайда, за то что уже почти три года остаетесь с нами. Дальше будет только лучше! Аше! зы - извиняюсь за возможные опечатки - нет русской клавиатуры, а память и замыленный глаз иногда подводят. Буду править по мере вычитки)


Интервью с Mestre Lua Rasta. Часть 3

Заключительная часть интервью с Mestre Lua Rasta. Яростный манифест во имя свободной капоэйры. Слушайте, пока он там заправляет уличными родами, надо успеть посмотреть на это!

Когда Вы начали устраивать Roda de Terreiro? «Спасение» продолжается почти пять лет. Процесс начал Dois de Ouro, один из спасителей капоэйры. Потом присоединились Mestre Boca Rica, Mestre Ciro и я. Но старейший в этой истории Dois de Ouro, он всегда был здесь. Тут бывали горячие времена, особенно когда здесь была команда капоэйристов, из-за них вечно были проблемы. Провокаторы, которые вечно толклись на Пелоуриньу. Их было больше, чем капоэйристов. Это были ребята, которые вносили хаос в Роду, вымогали деньги у туристов или просто грабили их. Капоэйристы этого даже не видели. Они просто играли, а потом приходили какие-то типы с шляпой и собирали со всех деньги (Остап Бендер не зря стремился в Рио-де-Жанейро!). Но они не были капоэйристами, они просто использовали капоэйру для своих целей. Так что на мой взгляд, эти уличные происшествия подставляли под удар развитие академий, и в то время все защищали именно капоэйру академий. Капоэйра улиц была ничем, уличные мастера – никем! Это было уделом бродяг, которые играли без формы, без футболок, потные и вонючие. Правительство хотело «приодеть» уличных капоэйристов, заставить их носить некую форму и прочую ерунду. Но уличная капоэйра никогда не могла бы этого принять. Такие предложения всегда поступали – Местре Бока Рике, мне – предложение надеть форму и быть как бы упорядоченными правительством. Произошло как с Ассоциацией (Бразильской Ассоциация Капоэйры Ангола): мы верили, что она будет выгодной для кпаоэйры и для капоэйристов. Но мы были разочарованы, потому что каждый президент ассоциации устанавливал свою монополию и развивал с ее помощью свою академию, и с каждым из них у нас были проблемы. Первый, кто ошибся на этом пути, был Mestre João Pequeno, потом Mestre Curió, потом Barba Branca, потом Mestre Mala. И это стало типичным для бразильской истории… Мне 51 год, Mestre Neco 60, Boca Rica почти 70, а ассоциация заставляет нас платить ей. Как долго мы в капоэйре? Годы и годы! Теперь они хотят, чтобы мы платили взносы? Кто должен платить, так это молодежь и филиалы, но не те люди, кто уже находятся на уровне мастеров. И внутри самой капоэйры, ее линий, очень много дискриминации. Кто ведет свою линию от Паштиньи, кто от Бобо, кто от Жуау Пекену… Дискриминация одной капоэйры исключает другую. «Ты ученик Жогу ди Дентру, но я-то ученик такого-то, и твой Жогу ди Дентру ничего не стоит». Это как церковь! По мне, так есть всего одна церковь – Иисуса Христа. «Пока есть хотя бы двое или больше, кто исповедует религию Иисуса, существует церковь!» Людям из одной группы капоэйры сложно уважать другую группу, и это наша сегодняшняя проблема. В ассоциации “Mr.” Gildo ввел правила, по которым каждый должен быть одет в белый пиджак с синим галстуком. Другими словами, если ты капоэйрист с Аше, я возьму тебя на выступление или презентацию, но если предстоит официальное мероприятие, а у тебя нет нужной одежды, тебя не возьмут! Кто он такой, чтобы делать это? По мне, так он никто в капоэйре! Сегодня многие, кто у руля, пользуются этим, и это провоцирует большие проблемы. В это вовлечена и молодежь. Молодые мастера капоэйры Ангола – кучка придурков! Если вам довелось учиться у них, вы едите хлеб, замешанный дьяволом! Если у такого парня все в порядке с головой – аминь! Но если окажется, что вы против его философии (а философия – это его инструмент манипуляции), если вы не соглашаетесь с каждым словом – он выкинет вас из группы. Вы можете комфортно просуществовать там 10-15 лет, но один прекрасный день – стоит вам не согласиться с чем-то – и вас вышвырнут, вас забанят. Вас все отвергнут, потому что ваш собственный мастер будет говорить на каждом углу, что вы не достигли нужного уровня в его школе, а теперь ведете свои уроки! Это что, капоэйра? В наше время мы знали, что капоэйре учатся в группах, но также во вдорах, и что капоэйра не имеет ничего общего с деньгами. Сегодня есть группы, которые манипулируют старыми мастерами, они приглашают их в Америку, дают им 200 долларов и запрещают уходить в другую академию, даже если это академия капоэйры Ангола! Мастеру придется остаться там до конца. Они заставляют мастеров давать уроки для гринго, для американцев, и платят им 25 долларов! Что, елси бы мы делали такое со своими мастерами! Рода на Террейро – единственная открытая рода капоэйры Ангола. Это не просто рода людей, играющих Анголу, это фундамент Анголы. Иногда капоэйрист, практикующий режионал, но уважающий капоэйру Ангола, приходит поиграть, делает движение – и его сразу считают изгоем. Но сюда он приходит и играет независимо от своего силя. Он анголейро – отлично. Если нет, но он играет низко к земле, я даже знать не хочу, что именно он практикует. Мы играем в одежде обычных городских жителей. Если кому-то хочется играть в одежде с логотипом своей группы – ради бога. Но я против ребят, которые приходят по пятнадцать человек, в футболках своей группы. Люди со всего мира приезжают поиграть в нашей роде. Мы говорим, что это капоэйра, исключительная капоэйра, нестандартная капоэйра. Мы играем на улице, мы не носим форму, мы ходим на любую роду. Девушка выходит покрасоваться, в каких угодно штанах, не в форме, в любом, в чем ей хочется – и она играет! Парень приходит оттянуться, в шортах, например. И никто не будет тыкать в него пальцев из-за того, что он не в абаде. Он не будет играть в плавках, он же не дурак, но если он хочет играть босым – почему нет? Ему так комфортно – так пусть играет! Благодаря этой свободе сохраняется дух капоэйры. Стыдно, что это единственная такая рода. Должны быть и другие свободные уличные роды. Вы занимаетесь изготовлением инструментов? Да, я начал заниматься этим еще во время своей работы в фольклорной группе. Мне всегда нравилось работать с инструментами. Я всегда разбирал их после выступления, нахоидл сломанные и приносил их к старику Нельсону Малейру. Он был президентом карнавальной группы Flor de Bagdá. Я не упустил возможности поучиться у него. В Рио я работал на фабрике, которая изготавливала в числе прочего виннеы бочки, и этот процесс похож на изготовление атабака. Позже, в Европе, я встретил африканцев, которые делали инструменты, учился у них, потом съездил и в саму Африку, даже дважды – посетил Абиджан, Кот-д'Ивуар, потом еще Индию и Тайланд. Выходит, вы получили образование, когда уехали из своего района и отправились путешествовать по миру. Это случилось, когда я покинул академию и вышел на улицу. В группе Канжикиньи наступал такой момент, когда тебе уже нечего было там делать, и мастер указывал тебе путь на улицы, чтобы учиться настоящей жизни. Сегодня все наоборот: местре хочет, чтобы ты все время проводил в стенах академии, в его группке, а если ты и будешь выходить куда-то, то вместе с ним. Ты не можешь просто так играть капоэйру на улице – если мастер узнает об этом, он может даже вышвырнуть тебя из своей школы. Есть много отличных, знаменитых капоэйристов, которые тем не менее боятся играть на улице. Мне это кажется крайне странным, ведь всем известно, что капоэйра зародилась на улицах. В академии ты получаешь базу, первые знания, но все основные знания о капоэйре и о жизни ты получаешь на улице, потому что там ты не знаешь, кто есть кто. Мне кажется, этот страх улицы связан на самом деле со страхом проявить, показать себя, со страхом оказаться в неожиданной ситуации, со страхом, что что-то пойдет не так, произойдет что-то неприятное. И этот риск существует! Человек боится прийти и поиграть на уличной роде, потому что он такой-то и такой Местре или такой-то и такой-то Профессор, и он боится подмочить репутацию. На улице ничего такого нет, никаких титулов, любой может уложить тебя на лопатки и оказаться на земле сам. В роде капоэйры если ты не падаешь, то это потому, что ты не капоэйрист. Все знают, что лучшие роды в Баии были роды, которые устраивал Mestre Waldemar на Pero Vaz. Он весь день мог быть где угодно, но в 4 часа, когда наступало время роды, он был там, и это был главный оплот всех капоэйристов. Сейчас есть люди, которые хотят превратить капоэйру в занятие для элит, они сами в капоэйре для того, чтобы захватить власть, и мы должны разоблачить их и противостоять им. Кто для вас пример и авторитет? Мой дядя, он очень повлиял на меня, помог мне разобраться с инструментами, он очень важен в моей жизни. На улице мой пример - Mestre Canjiquinha, у которого я многому научился, он очень достойный человек. Emilia Biancardi, хотя она и в центре внимания СМИ сегодня. Mestre Caiçara, Mestre Bimba – безусловно. Невероятно важный для меня человек – это Mestre João Pequeno, хоть он и не был моим мастером, но я всегда уважал его. Это капоэйрист, в котором я никогда не замечал алчности. А из тех, кто сегодня рядом с Вами? Mestre Bigodinho, Mestre Neco, Marcelo, Ciro и еще целая команда людей, котоыре вкладываются, которые верят в успех того, чем мы занимаемся. Все вместе мы делаем что-то хорошее для капоэйры и нашей культуры. Что бы Вы хотели добавить к нашей беседе от себя? В завершение я хочу поднять проблему учеников, которые всю жизнь тренировались со своим мастером, а в один прекрасный день решили отделиться и вести занятия самостоятельно. Вот такой ученик приходит к мастеру и решает прояснить ситуацию. Он говорит: «Местре, я покидаю группу. Но я хочу продолжить вашу работу, в которую я уже вложил достаточно много, продолжить ее с уважением к вам. Отпустите меня, не мешайте мне, ведь капоэйра – это свобода от рабства». Так почему мы хотим поработить своих учеников? Хорошо, если я всю жизнь буду в одной группе, если я буду чувствовать себя там свободным. А капоэйристы действительно должны объединиться, чтобы капоэйра была сильной. А что получается: «Не ходи на роду к Луа или к Марселу, у них там одни курильщики. Не ходи к тому и к этому, они вообще не анголейру, они играют с тремя беримбау… Что ыт удмаешь о Местре Луа? А о Местре Сиро?» Уличный мастер никогда не был ни мастером Анголы, ни мастером Режионал. Кем тогда? Воплощением капоэйры? Спросите мастеров Курио или Жарараку об их жизни: они расскажут, что они мастера улиц! Мы забыли, что в прошлом именно мастера улиц отвечали за опулярность капоэйры, но сегодня они все засели в своих академиях. Местре Луа Раста – не принадлежит Анголе или Режионалу! И не надо дискриминации! Я капоэйрист! Я уличный капоэйрист! A.C. Quilombo Cecília Cultural resistance Источник: PortalCapoeira Перевод на английский: Shayna McHugh Перевод на русский: BotaFogo www.capoeira-connection.com/capoeira/downloads/Interview_Lua.pdf


Интервью с Mestre Lua Rasta. Часть 1

Tim, tim, tim, lá vai viola...

Когда Рода доходит до своего максимума, то те, кто стоит в батерии, те, кто ждет своей очереди поиграть, те, кто смотрит, все уже глубоко вовлечены в Игру. Движения тел не зависят от мыслей и от физической силы – капоэйристами движет невидимая сила, а музыка кажется плотной и осязаемой, разлитой в воздухе.

Один из игроков – темнокожий мужчина с длинными дредлоками. Он скачет, танцует, извивается и входит в религиозный экстаз. В то же время он вставляет в корридосы революционные и национальные идеи, вопросы политического характера, и его слушатели проникаются его словами, следуют своей дикой природе под ритмы атабака и беримбау. Это Местре Луа Раста. Он кричит «Ие», и Рода останавливается.

Местре Ciro Lima объявляет всем пристуствующим – уличным детям, туристам, капоэйристам, ученикам, старикам, парочкам и семьям – что это движение Капоэйра Ангола в Сальвадоре, которое пришло из Африки и началось в тот момент, когда чернокожие были привезены в качестве рабов и 500 лет боролись против эксплуатации. Потом говорит Луа Раста, на своем диалекте чернокожего с периферии, эмоционально и яростно, употребляя слова, которые могут понять только те, кто борется за выживание, кто вырос вдалеке от системы образования и не очень-то знаком с хорошими манерами. Но он говорит и все понимают: о войне в Афганистане, о гражданской войне в Анголе, о том, что черные игнорируют собственную культуру (и огромное количество европейцев на Роде подтверждают это), о проституции, об истории Бразилии и многом другом, что касается повседневной жизни жителей Баии. Его слова звучат то как проповедь, то как совет, то как притча, то как откровенный манифест о борьбе, сопротивлении, спасении, призывающий к сплочению, к тому, чтобы открыть слушателям глаза на происходящее и заставить их размышлять. А потом Рода продолжается – полная радости. Цирк, не превращающийся в сумасшедший спектакль. Красота, но не напоказ, как приманка для гринго. И ее участники всегда подчеркивают, что они здесь ни у кого не просят денег. Для чернокожего, который работает всю неделю, вкалывает каждый день, чтобы заработать себе на кусок хлеба; живет рядом с людьми, с которыми не имеет ничего общего; всегда ловит на себе косые взгляды и сталкивается с агрессией и дискриминацией; которого само общество толкает к накротикам, преступлениям, бесмыссленной жестокости – для него невероятно важно появиться в пятницу на Terreiro и увидеть Роду Капоэйры Ангола. В этой роде, священной и «здоровой», далекой от коммерческой фольклоризации, где люди уважают и поощряют друг друга, они могут услышать идеи Луа Расты, поделиться своими мыслями. И только те могут оценить важность этого сполна, кто сам испытал подобное. А Местре Луа раста – это же часть истории и тот, кто творит историю! Его история похожа на историю африканских потомков, сынов бедной периферии. Их путь петляет и поворачивает до тех поор, пока человек не находит себя внутри себя и решает вступить в битву. В старых норах встречаются змеи, а этому человеку есть чему поучить нас. 28 января 2002 Где и когда Вы родились? Я родился 28 июня 1950 года в Сальвадоре, на Miguel Torres Street, Cônego Pereira Hill, это старая (бывшая) автобусная остановка, рядом с Pela-Porco. В этом году мне будет 52 года. Кто Ваши родители? Моя мать тоже из Сальвадора, из того же района. Ее уже нет. Моя семья всегда придерживалась старых коренных традиций. Отца я не знаю, моя мать – одиночка. Так что отца в моей семье заменяли мать и дедушка с бабушкой. Еще раз, чтобы прояснить – я был еще одним сыном матери-одиночки… Ваши бабушка с дедушкой жили неподалеку? Да, на Macaúbas. Мой дед, он же мой крестный, José Gregório Fernandes, работал в доках. Моя бабушка, Maria das Dores Fernandes, родом из Анголы, как большинство черных в Баии. Во всей Бразилии, но в основном, в Баии, где большинство черных – потомки Банту… мне непонятно это дополнение! Это такая культурная отсылка, но когда речь заходит об африканских традициях, выясняется, что они все остались на периферии Баии, в Paripe, Periperi… Здесь, в Сальвадоре, большинство связей с Африкой потеряно. На протяжении уже довольно долгого времени единственные связи с Африкой, что мы храним, это Candomblé и Capoeira de Angola. Но мы потомки африканцев! Ваша семья имела отношение к Candomblé? Напрямую нет, но они имели отношение к церемониям кандомбле. Я помню, что бывал на них в детстве. Они также держали связь с оришас. Соблюдая традиции, мы готовили на огне от дров, хотя у нас был газ и горелка, мы все равно использовали огонь от дерева. Это очень важно, особенно для тех, кто живет в городах, хранить эти традиции, готовить на живом огне. Эта площадь на Пелоуриньу, где мы играем капоэйру, была очень важна для моей семьи. Кандомбле было не так сильно, даже в мое время на него оказывали сильное влияние другие религии, христианство. Так что и из моей семьи это исчезло мало-помалу. И все равно я горжусь своим происхождением, тем, что я ребенок черных и индейцев, понимаешь? Какая жизнь была на вашей улице? Какими были отношения между людьми? Чувак… Это мои лучшие воспоминания… Я помню наши игры, нашу дружбу. Единственное, что было тяжело в детстве – быть сыном матери-одиночки. Много унижения и дискриминации на улице, в школе, среди детей, в своей собственной семье. Сегодня, если девочка лет 13-14 забеременеет, ее мать помогает ей с ребенком. Но в те времена забеременеть не будучи в браке… Женщина могла быть уверенной, что отец выбросит ее на улицу. Я думаю, моя мать пережила очень много из-за того, что во всей этой картине недоставало добропорядочного мужчины. И она, конечно, со временем забыла обо всем, но… Кем она работала? Она была прачкой. Она делала все, чтобы поднять детей и отдать нас в школу. И она была очень жестка с нами. В детстве и подростковом возрасте я все время страдал из-за того, что был сыном матерью-одиночки. Мы преодолели это, я преодолел это. Но я знаю, что это время, пока дети не подросли, было для моей матери очень тяжелым. У меня было две сестры, одной из них уже нет в живых. Мы все были от одного отца. Я учился в Isidro Monteiro school в Barbalho. Как Вам удалось уехать оттуда в город? Сказать честно, я был очень озорным и непослушным. Меня воспитала бабушка… Это, конечно, та еще история.. «Меня воспитала бабушка!» Пока я не освободился от этого факта, я не бывал на Пелоуриньу, я вообще нигде не бывал. Я был воспитан в то время, когда все считалось грехом. Приходить поздно было грехом: «О, черт, уже полночь – это грех!». Понятие греха, это изобретение церкви, очень травматично для ребенка. Но оно было очень сильно в моей жизни. До такой степени, что я узнал о капоэйре так поздно потому, что мне никто не говорил о ней, никогда. Почему? Потому что эта промывающая мозги система внушала всем, в том числе и черным, что капоэйрист – это бандит, правонарушитель. Даже если отец сам был бедняком, рабочим порта, привратником, самым последним грузчиком, он не мог допустить, чтобы его сын был капоэйристом. Я был из бедной семьи, чьи ценности были совершенно отчуждены обществом. Мне жизненно необходимо было учиться. Особенно потому, что я был сыном матери-одиночки. Мне необходимо было преодолеть это, чтобы меня уважали хотя бы внутри моей семьи, уважали мои дяди, которые все были женаты. Для них я был как революционер в семье. Я начал работать в 15 лет, в обувной фирме, в своем районе. Когда у меня появилась возможность уйти оттуда и перебраться в центр, у меня уже были какие-то деньги… Вы продолжали учиться? Мне пришлось бросить учебу, чтобы работать. Я учился до пятого класса, и у меня не было понятия ни о собственном гражданстве, ни о национальности, ни о культуре, я был полностью отчужден. Черного Движения тогда не существовало. Тогда было примерно так: черный в Бразилии – у него есть образование? Отлично! Нет? Тогда будет привратником, будет работать на рынке. Сегодня я вижу, что даже люди с образованием работают на рынке, и лучше уж работать хоть так, чем быть безработным. И это была капоэйра, которая открыла мне глаза тогда на то революционное состояние, которое царило в те годы. Когда это было? Парень, это было в 65-м или 70-м… Когда мне было 16, я поехал в Рио, и я уже был капоэйристом. Я оставался в Рио, пока мне не исполнилось 20. Потом провел какое-то время в Сан-Паулу, потом уехал в Европу, прожил там до своего тридцатилетия, и вернулся сюда. И вот я здесь… Вы говорите о времени военного диктаторства в Бразилии. Какого это было в то время бросить свой район и уехать в центр? Да, я уехал из пригорода и перебрался прямиком на Пелоуриньу. Я стал учеником Местре Бимбы, это было в академии, она и сейчас на своем месте. Потом я уехал в Belvedere da Sé, где были Mestre Caiçara и Mestre Canjiquinha, и я стал учеником последнего. Я был свидетелем многочисленных конфликтов между учениками академии, полиции, военными. Я ни в чем не участвовал, но видел много таких столкновений с вооруженными силами. Мой кузен ввязался в политику и его посадили на какое-то время. Но я не был вовлечен в эти процессы, не видел этого изнутри. Как Вы впервые познакомились с капоэйрой? Мое первое знакомство с капоэйрой стостоялось благодаря Mestre Popó из Санту Амару. До того я не имел никакого представления о капоэйре. В детстве я ходил с матерью на церемонии Candomblé и Umbanda, слушал агого и атабаке, с удовольствием ел ритуальную еду. Все это было привычкой детства. Мы ходили туда не потому, что хотели стать частью религиозного движения, а просто потому, что нам это нравилось. При этом мы были абсолютно невежественными. Но влияние капоэйры оказалось намного сильнее. Я увидел шествие Maculelê do Santo Amaro, которым руководил Mestre Popó, и это здорово зацепило меня, эта сила черной культуры, эти люди. Я никогда прежде этого не видл, никто никогда не говорил мне о макулеле. Поэтому когда я впервые увидел макулеле, это потрясло меня и пробудило мой интерес к фольклору, к истории этогог движения. Время шло, а этот интерес не угасал во мне. И однажды в разговоре родственников я услышал кое-что интересное. Знаете, эти разговоры, когда по субботам все собираются на фейжоаду и рассказывают новые сплетни о происшествиях и драках. Я слушал, и в один день я услышал: «- А вы знаете, как один парень раскидал целый отряд полицейских? - А, да это же был капоэйрист, вот почему он победил!» Капоэйрист! Черт побери, я должен был узнать, что такое капоэйра! Эта история о парне, который в одиночку одолел отряд полицейских, зацепила меня. Когда я перебрался на Пелоуриньу, после работы, вместо того, чтобы идти домой, я шел в центр. Там я встретил Местре Паштинью. Но тогда у меня не было никакого понятия об истории капоэйры, о ее корнях, о ее значении для черных людей. Мне было 16, я был дерзким уличным пацаном. Парнем из окрестностей, который воевал без причины. Вы знаете, какие подростки в этом возрасте – они воюют без причины, из-за каких-то глупых вещей. Приходят парни повзрослее, и вы начинаете воевать – кидать камни, бить стекла. Капоэйра в то время была нужна мне, чтобы драться. Я даже не думал о карате или дзюдо, они были занятием для богатеев. Этим искусствам учились маменькины сынки. Черные никогда не ходили на занятия дзюдо, они тренирвоались капоэйре. Я увидел капоэйру Местре Паштиньи, но не смог понять ее. Мне была нужна жесткая грубая капоэйра, которой владел тот парень, что разнес отряд полицейских. И я продолжал свои поиски до тех пор, пока не увидел на улице беримбау и пандейру и не услышал звуки атабака. Это была академия Местре Бимбы. Когда я зашел туда впервые, там были Ferabrás, Jorge de Onça, Airto, Bira Acordeon, Camisa Roxa, Ezequiel, Itapoan, Alegria. Когда я увидел, как эти парни играют под быстрый ритм, я подумал, что мое место здесь – это была та капоэйра, что я искал. Драка! У меня все еще не было представления о корнях и истории капоэйры. Это было время жестокости. Сегодня мы говорим, мол, капоэйра Ангола нежестокая, капоэйра Режионал нежестокий. Но в те времена мы учились, чтобы быть способными постоять за себя! Вы слышали слова João Pequeno? Он говорил, что когда он пришел заниматься капоэйрой, она была делом «крутых парней», и он сам хотел таким стать. Я был много моложе, но я тоже занимался той капоэйрой «для крутых», и учился ей, чтобы защищать себя. Позже. В фольклорных группах Viva Bahia я научился другим вещам. Я обнаружил другие стороны капоэйры – культуру, путешествия, выступления. Невозможно было продолжаться цепляться за боевую составляющую капоэйры. Пришлось проснуться и понять, что капоэйра того времени уже могла показываться в театрах, с ней можно было путешествовать. Капоэйра переставала быть видом борьбы, который практиковали бандиты. Ты мог сказать: «Я не из такой-то или такой-то группы, я участвую в представлении в Vila Velha Theater, в Castro Alves». Капоэйра вклинилась в культурный процесс, в процесс осознания и осведомления людей, молодежи, чернокожего населения. С капоэйрой мы открыли эту культурную тропу. И с тех пор продолжаем узнавать новые вещи о капоэйре, о политике, обо всем, о чем мы не знали и не имели понятия раньше. Где Вы впервые увидели Капоэйру Ангола? Впервые в Рио. Но меня увлекла оттуда друга группа из Рио, Сензала. Вы приехали в Рио зарабатывать капоэйрой? Вернее сказать, я преихал работать с фольклорной группой Viva Bahia, мне тогда было 18. Мы выступали с разными представлениями, заключительное выступление было в Муниципальном Театре Рио, и это было – уфффф! Для группы из Баии выступить в Муниципальном Театре Рио – это как сегодня уехать в Европу! Это был успех! Это сегодня никто не хочет ехать в Рио или Сан-Паулу, все хотят сразу в Японию. Но тогда Рио был городом мечты. Мы очень много выступали, хотя нам не очень-то много платили. Зато там я завел много контактов с театральными людьми. José Celso Martinez, Amil Hadad. Так как я уже участвовал в фольклорной шоу-программе, мне было легко попасть на курсы и семинары театров: Theater of the Oppressed, Theater Workshop, уличных театров. И там, на этих семинарах по театральному искусству я начал давать уроки по капоэйре для актеров. А как же Капоэйра Ангола? Она началась после Сензалы. Продолжение следует A.C. Quilombo Cecília Cultural resistance Источник: PortalCapoeira Перевод на английский: Shayna McHugh Перевод на русский: BotaFogo http://www.capoeira-connection.com/capoeira/downloads/Interview_Lua.pdf


Интервью с Mestre Lua Rasta. Часть 2

Mestre Lua Rasta: "Многие пытаются причислить меня к практикующим анголу или режионал… Но я просто капоэйрист!"

Публикация первого отрывка из длиннюююююющего интервью с революционным, яростным, оппозиционным, прекрасным Mestre Lua Rasta. На подходе часть 1 и часть 3)

Интервью с Mestre Lua Rasta. Часть 2 Когда вы вернулись в Сальвадор? Сначала я уехал в Европу, в Швейцарию, и это была еще одна отдельная история, связанная с капоэйрой. Там у меня также была группа, но я не хотел называть ее группой анголы или режионал – это была просто группа капоэйры. Я и сейчас придерживаюсь той же позиции – я капоэйрист. Сегодня я анголейро в сердце, но анголейро своего времени. Знаете, сейчас такое сплошь и рядом в новостях: какой-нибудь парень утверждает, что он анголейро – всю свою жизнь он практиковал режионал, потом взял пару уроков анголы и теперь утверждает направо и налево, что он практикует оба стиля. Я капоэйрист, я всегда в поиске, в Роде Анголы я стараюсь играть как можно лучше, неважно, с каким капоэйристом я играю. Но я не прирожденный анголейро, хотя я также и не прирожденный капоэйрист стиля режионал. У меня большой опыт игры в уличных родах, со многими мастерами капоэйры - Mestre Waldemar, Mestre Canjiquinha, Mestre Caiçara, Mestre Traíra. Многие пытаются причислить меня к практикующим анголу или режионал… Но я просто капоэйрист! Конечно, сердцем и корнями я скорее отношусь к Анголе, но я не буду кричать на каждом углу, что я анголейро. По мне, так это все вообще неважно, слишком уж оно коммерционализировано. Я наблюдаю некую монополию, феодализм – «Кто не анголейро – тот никто!». Я эту идею не разделяю и не поддерживаю! Как долго вы прожили в Швейцарии? 5 лет Преподавали капоэйру? Да, давал занятия по капоэйре, работал с перкуссией, изготавливал собственные инструменты. Я горжусь тем, что делаю их везде, куда меня ни занесет жизнь, и я буду продолжать этим заниматься, даже если мне придется ходить по пляж и их продавать! Мне всегда будет нравиться работа с инструментами. Из Сальвадора вы вернулись прямиком на Пелоуриньу? Нет, когда я вернулся в Сальвадор, я переехал в Итапоа – место, о котором я мечтал в детстве, мечтал, что буду жить там, когда позволят финансы. Мне всегда хотелось жить в таком старинном месте, как это. Это была мечта. Ну а после возвращения из Европы у меня были деньги, чтобы ее исполнить. Но я был разочарован – Итапоа к тому времени превратился в настоящий Вавилон, он был суперпопулярен и переполнен людьми, и даже на домах самых бедных жителей висели замки, а двери запирали. Когда я шел по улице Libertad, я задумывался – как эти люди могут так жить? В самом Сальвадоре есть крошечные домики с запертыми воротами, а на этих воротах сверху лежит битое стекло, при этом владельцы этих домов очень бедны. Черт, почему так? А, все потому, что если ты оставишь одежду сушиться на улице, ее тут же украдут. Оставьте свои кроссовки за дверью – их тут же не станет! Меня это расстроило, и я переехал. Мне удалось сделать некоторые сбережения за время пребывания в Европе, но мне совершенно не хотелось тратить их все на аренду жилья. Так что мы переехали на остров ( Луа Раста имеет в виду Itaparica Island – остров в заливе Всех Святых, до него ходят катерки от Сальвадора), где я прожил 20 лет до сегодняшнего дня. Это прекрасное место, здесь отлично живется, правда за последние годы его со всех сторон окружила сотовая компания TeleBahia. У меня тут была огромная битва с ними и со всем этим Вавилоном, который порожден другим Вавилоном – государством. Я прожил здесь 20 лет… тут раньше был настоящий рай – остров был полон живности: обезьянок, змей, всяких животных. А сейчас на нем вырубили все леса, чтобы построить комнатушки для людей. Причем эти люди даже не какие-то супербогачи – это средний класс, которому вдолбили в головы (интересно, что Lua rasta использует слово brainwashed), будто им по статусу положено жить в отдельной охраняемой квартире. А что до меня, то теперь я ищу другое место, потому что та земля, на которой я собирался провести остаток жизни, больше не существует. Itaparica стремительно исчезает, они уничтожают его. А у нас нет никого, никаких организаций, которые бы могли бороться с этим напрямую, бороться с государством, с IBAMA(Instituto Brasileiro do Meio Ambiente – бразильский институт исследования окружающей среды), со всеми этими организациями, которые якобы защищают нашу фауну и Atlantic Rainforest – заповедник. Они все лгут, все уже давно коррумпированы. Моя жизнь здесь в Сальвадоре, на моей родной земле, иногда - сплошное разочарование. Я вижу ужасную тенденцию их влияния – нас всех хотят опошлить. Вы видите, что даже полиция, которой мы вынуждены платить (и которая нас обманывает), оказывается правой. Мы работаем и мы платим налоги полиции, которая должна защищать нас, а получается, что мы ее боимся! Так что, откровенно говоря, у меня есть лишь вера в Джа, но от людей я больше ничего не жду, они способны лишь на войны, преследования, проституцию. Я пока не спешу заканчивать с преподаванием, во имя спасения нашей культуры. Я верю, что через культуру мы будем выражать свое недовольство, будем выступать против и что-то менять. Мы развиваем уличную работу, противостоим туристическому Пелоуринью, противостоим IPAC (INSTITUTO PORTUGUÊS DE ACREDITAÇÃO), противостоим военной полиции. Они заявили, что Пелоуриньо выглядит жалко и сделали из него Объект Всемирного Наследия. Наследия мира, но не Баии, потому что баиянцы получили (нечто непечатное). Полиция защищает приезжих, а нас все эти туристические организации унижают, хотя это именно мы создали ту культуру, на которую приезжают смотреть. Все лгут, лгут, лгут, чтобы обманут население и продвинуть президента и его правительство, которое ведет деспотическую политику самодурства. Но я вижу, как мы действительно меняем ситуацию… Каково было жить рядом со старыми мастерами? Был ведь разрыв между поколениями? Ты знаешь, парень, жизнь в то время… тогда именно старые мастера поддерживали сопротивление. Сопротивление, которое в те дни было просто наивным. Но они были нашими образцами для подражания. Waldemar, Mestre Canjiquinha, Mestre Bimba, Mestre Bobó – эти парни были нашими лидерами, мы в них верили. Canjiquinha был моим героем. Он принял участие в массе фильмов! В фильмах вроде Barravento или O Pagador de Promessas вся театральная постановка, постановочные работы, вопросы исторического соответствия – все легло на его плечи. Он единственный, кто позаботился о том, чтобы придать фильму вкус попкультуры. Он мыслил более концептуально, чем кто-либо среди его окружения. Mestre Caiçara был совсем другим человеком. В ту пору, когда Баия была полна мистицизма, и в ней чтилась религия, он был знатоком всех этих дел. Хотя это все сейчас уже утеряно, ты все равно говоришь: Mestre Caiçara Oxossi, и это так понятно, так ясно – что он, Mestre Caiçara, и есть Ошосси, ориша лесов. Было очень круто находиться рядом с ним и наблюдать за ним в его обычной повседневной жизни. Mestre Caiçara был абсолютно радикальным человеком – постоянно восставал против общества, системы, полиции. Это было очень важно для всех этих людей, которым сейчас под 60 – противостояние, понимаешь? Настоящее политическое противостояние! Сегодня многие говорят: «Эти старые мастера играли по правилам системы». Нет, это мы сегодня играем по правилам системы, а в те времена они были теми, кто заставляли систему играть по своим правилам, понимаешь ты? Сегодня получить спонсорскую поддержку и помощь, чтобы воплотить какой-то проект, невозможно! Это возможно, только если ты шишка в правительстве или в комитете по культуре Баии. Это очень легко, скажем, для Afro-Brazilian Orchestra – который относится к Tânia Simões (очевидно, имя, причем похоже, русское), который в свою очередь относится к IPAC, который в свою очередь относится к правительству, которое в свою очередь относится бог знает к чему. Вот эти ребята могут получить деньги на все, что захотят. Вы видели этот фестиваль, который прошел недавно? (Баиянский фестиваль популярной культуры). Массивная спонсорская поддержка и так далее, но это все сделано только для самих себя. Но если вы или я проведем некую работу, разработаем какой-то проект – неважно, насколько хорош он будет, нам скажут: «Вы не вписываетесь в нашу расписанную программу». А сегодняшняя капоэйра? А рода на Terreiro de Jesus? В Баии она испытывает сейчас очень интересные изменения. Если в прошлом анголейро испытывали по отношению к себе сильную дискриминацию, то сейчас все повернулось - они в фаворе. Я наблюдаю массификацию и глобализацию Анголы. Если мы сейчас будем нерешительны, мы полностью потеряем характеристики нашего движения, потому что капоэйра ангола вступила в капиталистический процесс. Большинство тех, кто практикует капоэйру ангола, вовлечены в первую очередь в денежные дела, а потом уже в культурный процесс и движение за свободу, что вообще-то важнее всего. Это выглядит примерно так: анголейро тех времен, старые мастера, у которых не было возможности быть в медиа или влиться в рыночный поток современной капоэйры, сегодня обеспокоены – они были использованы, опустошены и оставили капоэйру молодым игрокам, которые втискиваются на их место. Но в этих молодых ребятах отсутствует осознание важности борьбы за свободу, понимание важности гражданства и борьбы с расизмом. Вы видите, что сегодня в капоэйре ангола больше белых, чем черных. Какой вы видите роль европейецв в культуре черных? Дейстивтельно ли капоэйра вступла на путь, где ее смогут поддержать только инвестиции европейцев? Мы наблюдаем заключение некоего контракта или просто использование? Мы можем только рассчитывать на сознательность сегодняшних молодых мастеров анголы. Большинство капоэйристов знают о João Pequeno, João Grande, несмотря на то, что есть и многие другие мастера с таким же опытом и багажом знаний, но они неизвестны. Даже журналы о капоэйре используют капоэйру, чтобы заработать деньги. Я вижу, что «выбеливание» афро-бразильской культуры – это факт. Вы, наверняка, страдали от дискриминации и в Швейцарии и здесь. Вам знакомы все трудности, с которыми сталкивается черный, вторгаясь в мир белых: мытье посуды и все прочее. А вот им прийти сюда не составляет труда. Что Вы об этом думаете? Ясно, что приходится иметь дело с деньгами! Как я уже говорил: есть какой-то анголейро, он президент или кто-то там в ассоциации капоэйры Режионал, он же член совета капоэйры Ангола, он также опекает такую-то группу. Он говорит: «Мне не нужны деньги», но продает майки «Ангола Мать». Он вовлечен в дела группы капоэйры Ангола, чей мастер беден, не может поддержать свою группу, не может купить футболки, инструменты. И вот этот бизнесмен тут как тут! Теперь спроси его, играет ли он Анголу? Спроси, играет ли он на беримбау? Поет ли песни капоэйры? В этом у него полный бардак, зато у него есть деньги и он белый! Это один из примеров. Теперь посмотрим на европейца. Европеец уже исчерпал свою культуру. Что такое, эта европейская культура? Войны, ракеты, валюта… Все зарабатывают там, чем могут. Вот давайте так посмотрим: капоэйра пришла из Африки. Из беднейших стран Африки, с порабощенными черными людьми, которые теперь разбросаны по Мартинике, Гваделупе, по странам Карибского бассейна, Бразилии. Совсем недавно, на Reunion Island, появилось боевое искусство Morangue, которое не так давно еще было запрещено. Теперь оно практикуется вместе с капоэйрой Ангола – это новая прихоть Европы. Мы никогда не слышали об этом Morangue, зато теперь все им занимаются. Это все потому, что анголейро едет в Европу зарабатывать деньги. О чем он заботится? Чем он будет там жить? Сможет прорваться? Он будет обращаться с капоэйрой, как будто это продукт культуры, к которому надо привлечь европейцев. Я не обвиняю никого, потому что сам так поступал. Спросите кого-нибудь из таких ребят: «Не хочешь ли поехать в Африку, чтобы преподавать там капоэйру?». Нет, никто не хочет возвращаться с капоэйрой в Анголу, никто не рвется привезти капоэйру на Кубу, потому что там не сделаешь денег… Что ж, в то время информация была не так легко доступна, как сегодня… Я делал то же самое, живя там. Моим оружием, моим способом заработать было производство инструментов и преподавание капоэйры. У меня не было никаких стремлений вроде «Я расскажу всем о капоэйре, я распространю ее». Я поехал в Европу с целью заработать. Если бы я мог зарабатывать здесь, я бы не поехал туда, потому что тогда это было бы не заработком, а ограблением! В Америке сейчас João Grande со своей командой, но американцы все переиначивают, они распространяют информацию, что капоэйра афро-американская. Они отправились в Африку, и им пришлось замолчать, потому что в Африке нет капоэйры. Что ж, теперь езжайте в Баию! И вы думаете, американец поедет в Баию, рассказывать баиянцам о том, что у них есть капоэйра? Они приезжают сюда забрать нашу капоэйру. Что же, мы поедем к ним, преподнеся свою капоэйру им в подарочной упаковке? Более того, мы еще воюем со своими же братьями. Анголейру в США соревнуются со мной, с тобой, с любым чужаком из другой группы или с тем, кто относится к Капоэйре Ангола. Американские бразильские капоэйристы анголейру считают Штаты своими. Если ты не приглашен ими лично на их мастер-класс, если ты приехал по своей воле, со своими деньгами, они тебя уничтожат. Тебе придется трудно с белой реакционной системой и с четными капоэйристами, если ты не приглашен ими. Это тот процесс, которого надо стыдиться, он идет в капоэйре Ангола в Бразилии и за ее пределами. Когда мы начали практиковать уличную капоэйру здесь… Это было что-то, уже существовавшее до нас. Как говорит Mestre Ciro: Капоэйра Ангола в Бразилии существует 500 лет. Продолжение следует A.C. Quilombo Cecília Cultural resistance Источник: PortalCapoeira Перевод на английский: Shayna McHugh Перевод на русский: BotaFogo http://www.capoeira-connection.com/capoeira/downloads/Interview_Lua.pdf


Mandinga в цитатах старых мастеров

Загадочный и магический аспект в мире капоэйры известен как mandinga. Это важный компонент в изучении искусства. Происхождение термина «mandinga», согласно исследованиям Waldeloir Rego в 1968 году, скорее всего, связано с названием области Mandinga в западной Африке. К тому же африканцы, поселившиеся в Бразилии, верили, что этот регион был родным домом очень сильных колдунов.

Ниже приведу цитаты мастеров о mandinga, которые скажут больше, чем всё остальное:

У капоэристов минувших дней было много mandinga. Они превращали себя в листья, они становились животными… Besouro был великим капоэристом, и он был под защитой магии. (Mestre Waldemar)

От своих врагов я избавился не только благодаря капоэйре. Хороший капоэрист — это маг. Он должен владеть силой заклинаний и использовать защитные амулеты, потому что капоэйра не спасает нас от пуль. Так вот, я использовал хороший амулет и хорошие заклинания. Сегодня я не использую их, но и не забываю о них. Все есть в моей памяти. Были и такие заклинания, которые могли защитить меня от проклятий и пуль. Если мне случалось упасть в воду, у меня было заклинание, которое помогало мне не утонуть. В амулете, который я использовал, были заключены заклинания. После того, как я пользовался им, я его снимал и оставлял на чистой тарелочке. Он мог спрыгнуть, потому что был живым. Он исчезал и прятался от меня, потому что существовали некоторые проблемы. А после того как я совершил несколько серьезных ошибок амулет ушел и покинул меня навсегда. Когда я вошел в банду Horacio de Matos’ в возрасте 17 лет, у меня уже был этот амулет. Он защитил меня от многих вещей. Человек, который дал мне его, был африканцем. И по сей день, когда я начинаю говорить об этом человеке, на моих глазах появляются слезы. Его звали дядя Паскуаль. (Mestre Cobrinha Verde)

Mandinga существует в капоэйре, например, в амулете (патуа), что вы носите на шее. Внутри амулета скрыты заклинания, которые мобилизуют возможности его обладателя, заклинания, которые могут защитить вас от удара ножом. Но люди, которые [недавно] имели сексуальный контакт становятся неподготовленными, их тела становятся открытыми. Именно поэтому и ухитрились убить Besouro. Он провел ночь с женщиной и на следующий день, когда возвращался домой, он повредил спину, пролезая через проволочный забор, и он видел, что был слаб в этот день (…). Это было в тот самый день, когда и убили Besouro с помощью ножа, изготовленного из пальмового дерева. (Mestre Joao Pequeno)

Существует много сторон mandinga. Это и mandinga черной магии и mandinga умного капоэриста, когда он достигает точки, в которой он может действительно быть назван капоэристом. Особенно если он является ангольеросом. Это совсем не значит, что элементов mandinga не существует в Regional. Однако существуют люди, которые входят в роду, обмениваются ударами и заявляют, что они хорошие капоэристы. Но это совсем не так. Вот что такое mandinga: это мудрость, это осознание того, что вы можете ударить вашего противника, но не делаете этого; вы видите, что не ударили его, потому что не хотели этого. Это не разбивание челюсти вашего противника кабесадой, ломание его ребер, разбивание его лица - это не капоэйра. (Mestre Curiо)

Сегодня капоэйра распространилась по всему миру, потому что это очень мощная система самозащиты; у нее есть своя вероломная mandinga для преодоления любых затруднений – если ситуация позволит. Если нет, значит их можно будет решить потом; будет другой шанс. Кого бьют, тот никогда не забудет; кто бьет, никогда не запоминает. Именно тот капоэрист умнее, который бежит прочь, чтобы спасти собственную жизнь. Это основные принципы капоэриста, который знает свою профессию mandingueiro. (Mestre Noronha)

Mandinga не преподаётся; mandinga изучается. (Неизвестный автор)

На основе материалов сообщества Mundo Capoeira News