Вот так вот незатейливо и незамысловато в кругу иногда происходит 2 параллельных одинаковоинтересных действа…

QUILOMBOLA CAPOEIRA ANGOLA

Я воспринимаю Капоэйру Ангола, в конце концов, как идею, а не стиль! Она включает в себя ценности, которые определяют её как путь, цель, причину, прямую войну с социальными явлениями, как синдикат отверженных, как крик униженных, голос толпы и всех, кто нуждается в признании, независимую от стилей, как выражение в движении нашей сущности. Нам необходимо изменить устоявшийся предрассудок, что Капоэйра Ангола является стилем старых, медлительных, стилем капоэйры без боевого духа и жесткости, стилем игры только внизу. Всё это и многое другое! Да, это понятие «старших», но не стиль. Мы получили в наследство эту идею старших, и мы обрекаем её на погибель из-за отсутствия рассудка, ответственности, обязательств, отношения. Нам нужно тренироваться, учиться, тренироваться, читать, тренироваться, набираться опыта, тренироваться и тренироваться, чтобы изменить это нелепое понятие, которое существует и разносится. Мы должны сделать Капоэйру Ангола действительно философией, обязательством, для чего мы можем морализовать её. Вокруг царит вероломство и бесчестье, а капоэйра Ангола может стать тем, что бьётся с системой. Нас, естественным образом, исключают из средств массовой информации, что делает наши идеи еще более недоступными.

Я думаю, что это должно стать визитной карточкой Капоэйры нашего Острова — Капоэйра Ангола, включающая все эти ценности, где мы играем внизу, в середине и парим в воздухе, где беримбау заставляют дрожать волосы, где ладаинья достигает самых глубин сознания тех, кто слушает, где Mestre по прежнему имеет авторитет без авторитаризма, где не прогоняют людей из-за того, что они пришли без ремня или обуви. Капоэйра, где есть malandragem, с воздаянием по заслугам, с образованием, с боевым духом, с культурным сопротивлением, с преданностью делу и большим количеством тренировок и занятий, с тем, чтобы мы могли проявлять себя в роде на улицах с нашим понятием Капоэйры Ангола, чтобы показать её наглядно и привлечь людей, чтобы поделиться с ними этой идеей, имеющей имя Ангола.
Я чувствую, что студенты и многие опытные люди не чувствуют гордость за дело, в конце концов сдаются и тем лишают стимула будущих анголейруш.

Эклектические Игры (Роды), со своим собственным стилем в рамках идеи Анголы, куда каждый привносит то, что имеет (и умеет), а берет то и учится тому, что ему необходимо в жизни, без стереотипов в чувствах, в движениях и мыслях. Эта идея, которую я называю Ангола, является силой и возможностью, и мы не должны искажать её или позволять искажать и создавать новую концепцию, которая ничего не сможет дать для изменения рабской структуры общества, подавляющего нас.

Мы должны гордиться тем, кто мы есть! Sou Angoleiro, sim sinhô!!!

Mestre Pinóquio

(небольшая статья Mestre Pinóquio о видении Капоэйры Ангола во Флорианополисе
перевод Té-man Gvozd, 2010)

Все мы неоднократно слышали про такое понятие как прозвище или апелиду в капоэйристической среде. Если верить версии о том, что апелиду сродни шифрованным именам разведчиков, чтобы враг не догадался о ком на самом деле идёт речь, то тогда кажется абсурдным идея об афишировании апелиду как можно большему количеству людей. Это как подойти в полицейский участок и прокричать — «Я тот самый Педру Алварес по кличке Кривая нога, которого вы ищете уже 10 лет».
Несёт ли в наши дня институт апелидирования какую-нибудь функцию или это служит просто дополнительным бонусом при привлечении учеников школы и прохождении некой церемонии крещения?.. У меня на этот вопрос ответа нет, поэтому хотелось услышать ваши мнения.

Со своей стороны могу сказать, что мне кажутся странными следующие ситуации:

1. «Вообще-то меня зовут Вася Пупкин, я реальный парень, уже 2 года занимаюсь капоэйрой и потому меня надо звать Бешеный олень. Если ты меня назовещь как раньше все звали Васян, то я обижусь. Зови меня Олень и никак иначе!!!!»

2. «В прошлом году проходило крещение капоэйристов, приехал какой-то мастер, уронил меня… уронив, судорожно думал как бы меня назвать. Тут его зоркий глаз заметил, что у меня из штанов торчит кусочек трусов с надписью Босс. Теперь меня все зовут Боссовы шелковые трусы. Ура, я как заново родился, я чувствую, что мастер когда думал как меня назвать, заглянул ко мне в душу и увидел насколько я силён как личность, поэтому слово Босс присутствует в моём новом имени. Он также весьма тонко подметил, что при всей своей силе я двигаюсь мягко, словно шелковая ткань на ветру. Я чувствую как это имя преобразило меня.»



( Читать дальше )

Скоро лето.
Это значит можно играть на улице и много заниматься.
На улице и где угодно, хоть на пляже.


( Читать дальше )

«Старые мастера» капоэйры из Баии считаются хранителями традиций капоэйры. Необходимо отметить, что в других бразильских штатах, особенно в Рио-де-Жанейро, также встречаются старые мастера, защищающие традиции нашего искусства, но здесь мы упомянем только некоторых мастеров Баии. Когда мы говорим о старых мастерах, мы говорим, на самом деле, о людях, которые в течение долгих лет накапливали огромный опыт в капоэйре и жизни, становясь при этом важнейшими источниками информации для капоэйристов новых поколений. Эти персонажи как бы заново открываются и становятся очень уважаемыми в мире капоэйры людьми. Многие из них, до сих пор живут, борясь с многочисленными невзгодами, а многие уже умерли, в нищете и забвении, как местре Паштинья.


( Читать дальше )

Одно из наиболее интересных интервью с местре Paulo dos Anjos было записано в 1995, для газеты “Capoeirando”, университета Сан-Паулу в городе Кампинаш (Campinas).
Далее приведены наиболее интересные моменты из этого интервью:

Capoeirando: Местре, расскажите о людях в капоэйре, с которыми у вас была тесная дружба?
Mestre Paulo dos Anjos: Я учился капоэйре у местре Canjiquinha, часто участвовал в родах в академии Паштиньи. Одно время жил в одном доме с местре Gato Preto, вместе с ним преподавал в Баии и также долгое время преподавал в его академии в Сан-Паулу.


( Читать дальше )

Вторая часть статьи Mestre Pinóquio «Потерянное звено цепи» о истории и современном состоянии капоэйры в мире.

Капоэйра и капоэйристы до 1930 года располагались в гетто в трущобах (фавелах), на пристанях, в складских помещениях. Капоэйристы появлялись на популярных праздниках, ярмарках, демонстрируя свою боевую натуру. В то время не существовало ни определенного стиля капоэйры, ни школ. Искусство капоэйры повседневно постигалось в родах и на ярмарочных представлениях. Капоэйра была деятельностью бродяг, маргиналов, негров, по крайней мере, на нас вешали такие ярлыки.

Капоэйристы принадлежали к одному классу – к низшему, и у каждого из них была собственная физическая манера выражать свои печали или радости. Однако, главная их цель, хотя и не осознанная, означала жить и существовать достойно.



( Читать дальше )

Некоторое время назад, в один из детских домов Флорианополиса приехал некий капоэйрист. У него не было письменных проектов, определенного стиля, без всяких Статусов, чинов и званий. Он принёс с собой только беримбау, очень красивый позолоченный добрау и Дух… Я прекрасно это помню! Он больше чем просто учил нас физической Капоэйре. Он обращался с нами, как со своими детьми, уважал нас. Он был единственным, кто давал нам действительно необходимые уроки. Действительно, мы звали его Мастером и он был им для нас.

У меня была прекрасная возможность прикоснуться к этому! И он многому меня научил. Он дал мне базу основу для моих дальнейших исканий, основу для обретения личного характера. К тому же, бессознательно он передал мне свой дух и своё дело. Мы были просто группой обездоленных детей в одном из детских домов. Но, я чувствовал, что все мы были важны. И в группе был авторитет у нашего учителя, но не было авторитаризма и самовластия. Группа существовала в зависимости от людей, но не наоборот.

Но спустя несколько лет, всё изменилось. Мы уже не были столь важны. Тренировки становились всё более авторитарны. Стали появляться проекты, правила, стили, уставы, внутренние положения… Даже не посоветовавшись ни с кем из нас, Мастер сделал свой выбор. Радикально изменил свою форму преподавания, потеряв при этом свою уникальность, и убив дух. В этом новом ключе не было места для вопросов и споров.


( Читать дальше )