(Contra) Mestre Forró Alabé впервые в России

Пост хвастовства!
Фотографий немного, потому что никто этим вовремя не озаботился.

Недавно, в ноябре 2014, силами своей небольшой группы в Петрозаводске мы организовали совершенно замечательный эвент, который принес неожиданно новые впечатления многим его участникам и, конечно же, мне самой.
Всё началось три с половиной года назад, когда в Финляндии я познакомилась с ((http://capoeira.in/news/2012/09/12/2-encontro-de-capoeira-do-gcang-finlndia.html CM Forró)).

/uploads/image/2015/01/04/08e707c386_original.jpg (Contra) Mestre Forró Alabé в России

А когда обстоятельства стали благоволить.. На второй День Рождения группы Сензала в Петрозаводске (Контра) Местре Форрó прилетел в компании одного из моих любимых сензальцев - Контра Местре Капасечи.

/uploads/image/2015/01/04/b2371e1ad6_original.jpg (Contra) Mestre Forró Alabé в России

Своим ученикам я описывала его так:

Контра местре Форрó - ученик местре Маррума - человек с невообразимой энергетикой. Его настроением заражаешься сразу и надолго, а его улыбка остается с тобой навсегда. Талантливый капоэйрист, преподаватель, певец и музыкант, знаток фольклора и традиций Бразилии.

Это представитель молодого поколения анголейру, умеющий показать красоту практикуемого искусства, сделать анголу интересной для непосвященного, но следующий и хранящий традиции старших мастеров.

Как рекламировать преподавателя, о котором почти ничего нет на ютубе, я не знала, поэтому мы просто пригласили всех знакомых капоэйристов из Москвы и Петербурга. И ребята приехали! FICA, Filhos de Angola, Mundo Capoeira, Cordão de Ouro! Сензальцы (даже с учетом петербуржцев) были едва ли не в меньшинстве. До нас уже не впервые добрался знакомым многим русским ангольцам финн Олли.

/uploads/image/2015/01/04/89e328c23c_original.jpg (Contra) Mestre Forró Alabé в России

Что особенно порадовало, приехавшими были люди, имеющие compromisso с капоэйрой, преподаватели разных групп - Айк, Даниил, Руслан, Надя, Маша и Хуан. Это обстоятельство определило отличную температуру в родах и в батерии.

/uploads/image/2015/01/04/e2f90d0c57_original.jpg (Contra) Mestre Forró Alabé в России

Форрó один из тех преподавателей, о которых сложно говорить. Сложно передать атмосферу, создаваемую им, эмоции, возникающие от его песен. Очень многое он объясняет не произнося ни слова.

/uploads/image/2015/01/04/199ae892e0_original.jpg (Contra) Mestre Forró Alabé в России

Три дня закончились быстро, десятки длинных и сложных песен спеты, игры сыграны, самба станцована. Осталось ещё много вопросов, но самое главное уже было с нами - ощущение праздника, нескончаемое аше, совершенно не зависящее от количества собравшихся. Форрó стал тем, кто ненадолго объединил в роде совершенно разных людей и позволил нам создать что-то вместе, почувствовать нечто новое.

Я большой поклонник небольших эвентов, когда успеваешь со всеми познакомиться, а твой голос не теряется среди сотен, так что компания подобралась ну просто идеальная. Даже организаторская часть показалась мне совершенно невесомой в этот раз. Спасибо, господа ;)

/uploads/image/2015/01/04/050aab9262_original.jpg (Contra) Mestre Forró Alabé в России

Форрó у нас понравилось, он успел немного посмотреть Питер и очень бы хотел побывать и в Москве. Ну а наши анголейру прониклись его атмосферой не меньше, чем когда-то я, а значит Форрó ещё вернется, и скорее всего уже в ранге мастера (форматура уже вот-вот!), не пропустите!

/uploads/image/2015/01/04/eeaecb2cfd_original.jpg (Contra) Mestre Forró Alabé в России

Рекомендуется к прослушиванию альбом CM Dourado и CM Forró ((http://www.youtube.com/watch?v=eK1umP_JgZo Capoeira Angola)).


Интернет капоэйра

Сейчас большая часть информации о капоэйре к простым пользователям ру-зоны поступает через социальные сети. Я сам состою в десятке различных капо-групп в вк, потому что это удобно и доступно, но при этом я вижу минусы, которые, возможно, не каждый заметит.

/uploads/image/2014/12/29/dbab55ed6e_original.png Интернет капоэйра

Во-первых, у представителей различных групп нет общего места, где возможно было бы обменяться мнениями. Что ведет к ниже следующим минусам.

Во-вторых, отсутствует критический, да и вообще любой, анализ статей и постов. Которые, таким образом, превращаются в "бестолковую" пропоганду и "пустую" рекламу - можно сказать в интелектуальные чипсы.

В-третьих, капоэйра наполняется огромным количеством мифов и небылиц, которые зачастую уводят далеко от самой капоэйры. А многократное повторение таких небылиц создает "новое прошлое" капоэйры. Ложные факты создают ложные представления о капоэйре.

В-четвертых, самое неприятное, некоторые капоэйристы перестают думать вообще, превращаясь в тупых фанатов Бразилии и капоэйры. Точнее в сектантов.

Поэтому я --призываю к-- хотел бы видеть "возрождение" капоэйра-инсайдерс, возврат к общению, к поиску информации, к переводу исследований, книг, к созданию новых статей, а не бессмысленному перепосту и копи-пасте.


Atabaque

//Копался в дебрях интернета и понял, что очень тяжело найти хоть какую-то интересную, достоверную и "полную" информацию про, можно сказать, "сердце капоэйры" - атабаке. Что на русском, что на английском встречал либо короткие определения, либо сомнительные и пространные тексты (зачастую не имеющие под собой фактов). Поэтому решил написать "что-то" своё, "что-то" что ответило бы на мои вопросы. Отдельное спасибо TAMALUKU =)// Атабаке (Atabaque) - это бразильский одноголовый бочкообразный или конический барабан, регулировка натяжения мембраны которого осуществляется с помощью системы веревок и клиньев. Для игры атабакейру (atabaqueiro - игрок на атабаке) иногда использует только руки, иногда только палочки, а иногда и то и другое одновременно.

/uploads/image/2014/11/14/3a925b2780_original.jpg Atabaque

Своему широкому распространению в мире атабаке обязан многочисленным представлениям национальных бразильских искусств, прежде всего - капоэйре. Однако, помимо музыкального сопровождения в различных перфомансах и шоу для широкой публики, в самой Бразилии атабаке считается священным барабаном, символом африканских традиций.

Это связано с афро-бразильской религией, соединяющая в себе христианство и африканские верования - кандомбле (candomble), в которой атабаке занимает особое место. Согласно верованиям многих народностей Банту (легших в основу кандобле) голос атабаке достигает мира “огун” (земли богов и предков) и позволяет общаться с оришами (orixas - божествами, духами природы). Причем, для каждого отдельного ориша (а их в кандомбле десятки) существует свой уникальный ритмический рисунок. Благодаря такому разнообразию ритмов многие музыкальные ансамбли (в особенности, группы босса новы (bossa novo) и карнавальные оркестры (blocos afros и afoxe)) на протяжении всего 20 века черпают вдохновение у атабакейру.

Атабаке, несомненно, имеет африканские корни и уходит в этнические группы народности банту. Из возможных прародителей следует выделить - bonkó enchemiyá и makuta.

/uploads/image/2014/11/14/d27e0a1c6d_original.jpg Atabaque

/uploads/image/2014/11/14/0c39692195_original.jpg Atabaque

Однако сказать точнее кто был предком атабаке сложно (ввиду отсутствия какой-либо достоверной информации) и это, в принципе, не имеет особого значения, так как попав на территорию Бразилии конструкция африканских барабанов, состав аккомпанемента и манера игры изменились, объединив в себе традиции разных племен и народностей.
Не обошлось здесь и без португальского влияния: в ходе ассимиляции африканцев, название барабанов заменились на нечто более общее и широко распространенное в португалоговорящих странах - “atabaque”, означающее “барабан” (литавры и т.п.).

//На самом деле, слово “atabaque” - арабского происхождения (по-арабски “at-tabaq" – "музыкальная тарелка"), оно проникло в португальский язык в период арабского завоевания (VII-IX века) и сохранилось с сотнями других арабизмов.//

Окончательный вид атабаке приобрел в ходе эволюции кандомбле. В настоящее время, в зависимости от размера и назначения, различают 3 вида атабаке (от большего к меньшему): rum (run), rumpi, le (runle).

Первоначально атабаке был сугубо религиозным атрибутом, одним из символов кандомбле, однако со временем он вышел за пределы святилища (terreiro) и проник, впитался в другие бразильские субкультуры: капоэйру (capoeira), макулеле (maculele), карнавальные ансамбли (bloco afro и afoxe), самба ди рода (samba de roda), боса нову (bossa novo) и т.д.

Георгий Хохлов (с)


Kiesza & capoeira

Canadian singer, songwriter and multi-instrumentalist Kiesza reveals her love for the Brazilian martial art capoeira.


Канадская певица, автор песен и мультиинструменталист Kiesza раскрывает её любовь к бразильскому боевому искусству капоэйра.

https://www.youtube.com/watch?v=9sZDOpW2Xdw


Поэзия

Многие влюбленные романтики пишут стихи. Влюбленные в капоэйру - не исключение. Здесь я выложил пару "творений" собственноручно натыканных на клавиатуре. Приятного чтения.

/uploads/image/2014/10/26/7eca500ef3_original.jpg Поэзия


Что может рассказать один листочек о всем дереве?
О корнях и тысячах других, ему подобных.
Слишком уж давно все это случилось, чтобы мы знали о том, а наши предки помнили, когда же земли коснулось семя.
И предки предков свидетелями тому не были.

Однажды, привезенное издалека,
семя упало в землю Cензалы.
Слезы невольников дождем ему были,
слезы рабов в нем силу взрастили.
И кровь, что рекою текла,
Кровь, что морем была,
Омыла пять разных эпох.
От Зумби до тебя и меня.
Минули эпохи,
Годовыми кольцами, врезались в тело:
Война с Парагваем, ориши, кандобле,
рыбацкое дело,
Фавеллы Баии, великие местре, танцы,
Европа и, в конечном итоге, Россия.

//И специально для англоговорящих камарадас.
And special for english-speaking camaradas.
//


What can say a little leaf
About all over the tree?
About the roots, another leaves?

It was so long times ago,
And no one realy knows
When and how it has been sown...

Once upon a time,
At the black and the deepest night
There was brought a little seed
From far away to the Brazil

And seed was fallen down
To the Senzala's ground,

And tears of slaves
Rained to this seed
And filled, this way,
Madinga and power with.

The tree was growing up
Among quilombos's hut
On the favela's streets
With knives in hands and feet

The blood around
It was like a sea
That blooded five centures
From Zumbi toward you and me.

The ages have gone,
But inside are all:
Slavery, Paraguay's war,
Orixas, candoble, Bahia,
Music, dance, Europe, Rossia :)

ЗЫ: Жаль португезом не владею в минимально необходимом для сочинительства объеме.


Злополучный матч

В Бразилии начался стёб по поводу игры.

https://www.youtube.com/watch?v=e-5X60w4wJQ https://www.youtube.com/watch?v=RYibuokGH4I


Интервью с Итапуа БейраМар

Доброго времени суток. Сегодня в меню интервью с Жоржи Итапуа БейаМар. Я долго подбирала слова, чтобы хоть как-то объяснить, почему я взялась за это, но не получилось. Как-то в Израиле, когда представляли публике всех мастеров, контр-мастеров и т.п., на нем запнулись и тихонько спросили: "Каким чином тебя величать?", на что он просто пожал плечами и ответил: "Итапуа".

/uploads/image/2014/10/26/a52fcdb501_original.jpg Интервью с Итапуа БейраМар

Для меня этот человек - один из самых ярких представителей современной капоэйры. Я пересматриваю его игры раз за разом и постоянно с открытым ртом. А когда он, в свою очередь отрывает рот и начинает говорить о капоэйре, я только хлопаю глазами, как трехлетняя Маруся, которой я в первый раз показывала жингу.

Интервью я переводила с португальского, пользуясь помощью испанских субтитров, но я всё-равно не уверена в правильном переводе некоторых фраз (другой вариант в скобочках), хотя от смысла и не отходила. Как всегда, жду вашей корректировки, и конечно, отзывов о самом интервью.

((http://www.youtube.com/watch?v=9hTbYUSEclc Смотреть и слушать интервью - здесь.))

Меня зовут Итапуа БейраМар, я живу в Риу дэ Жанейру.
Больше всего мне нравится играть капоэйру в свободной форме, без жестокости, драк, играть просто ради удовольствия и развлечения, и на высоком уровне, используя все, что представляет из себя капоэйра (задействовать все грани капоэйры).
Я не принадлежу ни к какой группе и не верю, что группа - это что-то достаточно интересное для того, чтобы её представлять. Думаю Группа - это капоэйра со всеми, всеми капоэйристами. И я развиваю такой "институт" (подход), с моим отцом, но это школа, а не группа. Называется она "Школа Нестора Капоэйры", основана в 2002 году и находится в Риу дэ Жанейру. Это место, куда может прийти и учиться каждый, вне зависимости от того, состоит он в какой-либо группе или нет и т.п.

Сейчас декабрь 2012 года, я нахожусь в Мексике, провожу курс, который оттачивал на протяжении 15ти лет своей тренерской практики, именно для того, чтобы давать классы для иностранной аудитории (по большей части).
Этот курс я провожу здесь, в Мехико, недалеко от Центра Капоэйры, которым руководят мои друзья - Хуан и Летисия.

Я слушал беримбау, задолго до того, как родился, еще будучи только в животе моей матери. Капоэйра для меня - это естественная часть моей жизни, как ходить или кушать. Это не то, чем я решил начать заниматься, я уже родился среди капоэйры и рос в ней.

Работаю по своему образованию - в сфере мануальной и физиотерапии, уже больше 12ти лет. Выбрал это направление, чтобы работать с другими и быть более свободным в капоэйре.
Всё, что мне интересно и всё, что я нахожу возможным (посильным) я впитываю и связываю с моей капоэйрой.
Я говорю не только о таких оздоровительных практиках, как йога, чи-кун. Не обходится и без актерского мастерства, некоторой театрализованости (театральной интерпретации) и других искусств: контактной импровизации, контемпорари-дэнс... Я считаю, что всё это обогащает, суммирует и делает так, что структура капоэйры только расти и развивается.

Окол 15ти лет я вовлечен в преподавание капоэйры и за это период выработал специальный метод, впитывая (???) различные техники капоэйры и вкладывая в основу больше гармоничность нежели механику (техничность?). Я больше стараюсь передать понимание игры капоэйры, понимание самого ритуала (в данном случае, мне кажется, что он имеет в виду понимание самого процесса), а не следовать установленным правилам, идя на поводу у техничности и механичности движений.
Это было хорошо принято в Риу дэ Жанейру, где я регулярно провожу тренировки, в одном из "филиалов" школы Нестора Капоэйры. Также я работаю с детьми в схожем направлении, собирая их Вместе, на самом деле Вместе. Я работаю с детьми от 2-х лет,, и я лишь подталкиваю их к элементам капоэйры, без каких-либо стремлений к технике и её развитию, и исключительно в игровой форме, развлекая капоэйрой, чтобы она для ребенка была понятной и он всегда находил в ней что-то интересное. И тогда, возможно, позже, когда он подрастет, он сам поймет и решит, хочет ли он изучать капоэйру глубже или нет.

На меня в капоэйре влияют очень многие. Самом собой, в первую очередь, это мой отец как Местре. Он уже очень многое сделал для капоэйры, став первым, кто начал обучать ей за пределами Бразилии. Написал 4 книги и пятая на подходе. Он капоэйрист с открытым умом и очень широким взглядом на капоэйру. Самое большое влияние оказывает на меня именно он. Также местре Жил Велью, часть группы Сензала, один из основоположников, который представляет собой органичную (гармоничную) капоэйру, в которую я верю больше, чем в капоэйру механическую (техничную). Местре Акордеон для меня образец, его уклад, его жизненный опыт, вклад в развитие музыки, что крайне важно.
Жогадоры... Местре Кобра Манса - великий капоэйрист, дает мне по-настоящему хороший стимул. Месте Камалеау. Также Местре Марром из Риу дэ Жанейру оказывает на меня сильное влияние. Всё первое поколение мастеров Сензалы. Местре Кабелу, который также связан (на связи с) с очень важным поколением мастеров. Мой круг влияния - это не только мастера, но и друзья, такие как Феррадура, Каверна, мой брат. В конце концов, я считаю, что каждый уважающий себя капоэйрист должен искать вдохновение везде, что бы его капоэйра всегда росла и развивалась.

Мой вклад в капоэйру - это, в первую очередь, веб-сайт abeiramar.tv, который работает в основном с аудиовизуальной информацией (производит её), а также каталогизирует уже имеющийся в сети аудиовизуальный контент. Раньше, до того, как капоэйру стали преподавать, ей учились только глядя на других. Так что видео возвращает такой способ изучения: смотря и пытаясь увидеть различные возможности. Я делаю это для того, чтобы капоэйрист, независимо от его группы и стиля, мог найти в интернете то, что ему интересно. Думаю, это довольно полезная работа. Это важный шаг, в котором капоэйра сегодня очень нуждается: развиваться и совершенствоваться, перестать разделяться и стать одной, полноценной.
Вместе с моим другом, Местре Феррадурой из Риу дэ Жанейру мы развиваем еще один проект, который назвали "Movimento Novo". Возник он 5 лет назад, в 2008 году из необходимости собирать капоэйристов Риу нашего поколения, но разных стилей и направлений. Осознавая наличие некой остраненности и отсутствия контактов, связи между ними мы решили устроить роду, в которой собрали вместе капоэйристов из разных школ, чтобы была возможность обмениваться информацией и играть капоэйру на более высоком уровне. Все это было заснято, показано и, впоследствии, хорошо принято. И это стало отправной точной для растущей теперь тенденции, этого взгляда на капоэйру, без званий, без групп, взгляда на капоэйриста, как на индивидуальность, личность, которая растет и развивается, как и его способность взаимодействовать с другим капоэйристом и создавать в роде невероятно интересные моменты и ситуации. Более того, при этом он перестает быть только бойцом или тренером, и становится больше артиcтом, а его тело - великим инструментом искусства, и, вместе с другим капоэйристом, вообще со всеми остальными капоэйристами в роде способен создать моменты, достойные того, чтобы их запомнили.

Чем дальше, тем быстрее капоэйра распространяется по миру, и в этот период надо отдавать себе отчет в том, что ты делаешь, начиная преподавать её. Прежде всего потому, что капоэйра - это не только техника, не только боевое искусство. Она идет бок о бок с культурой, бразильской культурой, и поэтому для бразильцев многие вещи понятны и не требуют объяснений. И в соответствии с этой самой культурой, которой собираются обучать вне Бразилии, тренерам необходимо знать, на какие её аспекты надо делать акцент, выделять их, или же - нет. Например, здесь, в Мексике, среди латинского населения и его быта уже есть вещи, которые могут быстро продвинуть вперед и позволить идти дальше. Но если говорить о северных народах, жителях Европы или Азии, то для них необходимо делать акцент на совсем других моментах. И это довольно интересно, исходя из культуры которую знаешь и которой учишь, думать, какие моменты, стороны капоэйры важно выделить и показать.
И очень важно, чтобы каждый капоэйрист пришел к такому пониманию, способности видеть дальше и открылся конкретным "мелочам". Тогда капоэйра действительно сможет расти и полностью раскроется, станет цельной. Но чтобы развивать свою индивидуальность - необходима группа.
Для меня капоэйра, как и музыка - понятие довольно обширное. Существуют разные музыкальные жанры, такие как Боса Нова, Рок'н'Ролл, Самба, классика, musica erudita (?). Капоэйра также очень специфична, это совокупность разных исполнений, многих различных звучаний, если так можно выразиться. Но я, по большей части, воспринимаю капоэйру, как некую жизненную философию. Она мне очень помогает понимать и себя и понимать как общаться с другими людьми и как сделать свою жизнь лучше, приятнее и интереснее. Как я и сказал - это моя философия, прежде всего.

Роль музыки в капоэйре - основополагающая, что является огромным отличием. Говоря метафорами: если музыка - это вода,то капоэйристы - рыбы. Без воды, рыба умирает.


Пара слов о Капе

Мы капоэйристы. И в все мы безусловно влюблены в эту форму искусства. Само слово капоэйра - красивое, благозвучное и загадочное. Но порой, в пылу разговоров и среди обычных бытовых событий мы нередко кидаем неосторожное и небрежное "капа" вместо "капоэйра".

Я все понимаю это российская специфика, но стоит ли так коверкать слова?
Особенно это касается лексикона тренеров и инструкторов капоэйры, т.е. тех, кто своим примером учит других. Камарадос, давайте уважать то занятие, которым мы занимаемся.

Для справки:
"Капа" - это крышка, кружка и т.д. в этом духе - и это с португальского. Кому интересны другие варианты этого слова может его загуглить и продолжить исследование.
"Капоэйра" - это форма искусства, горячо любимая тысячами и миллионами людей по всему свету. О том, что это - Capoeira.in в помощь.

Axe!
Занимайтесь капоэйрой!

/uploads/image/2014/02/18/c55c815335_original.jpg Пара слов о Капе


Caiçara во всем своем многообразии

Доброго всем дня. Давно я не делала ничего хоть немного полезного для Инсайда. Но спасибо тем людям, которые еще помнят былые времена и до сих пор спрашивают меня про некоторые песни и словечки. Ведь есть у меня такая душная привычка узнать как можно больше и вывалить всю информацию в пост.
Сегодня, на повестке дня у меня такая песня:

A cobra mordeu Caiçara
Tim tim tim, tim tim tim tim (êêê)

Côro: A cobra mordeu Caiçara
Tim tim tim, tim tim tim tim

A cobra mordeu Caiçara, seu moço
Foi a cobra que morreu
Caiçara saiu pulando
Com a mordida que ela lhe deu (êêê)
Côro: A cobra mordeu Caiçara
Tim tim tim, tim tim tim tim..
Кобра укусила Кайсару,
Эта кобра умерла,
А Кайсара пошел дальше припрыжку,
С этим самым укусом.

Поправьте, если не так.
И логичный вопрос про значение слова Caiçara.

У меня оно ассоциируется в первую очередь с одним из мастеров "Старой Гвардии".
Нашла о нем я не очень много, но всё же:

Имя: Антонио Карлос Мораес
Страна: Бразилия
Город: Кашуэйра, Сан-Фелиш, штат Баия
Родился: 8 мая 1924 г.
Умер: 26 августа 1997 г.
Мастер: Mestre Aberrê

Местре Кайсара (Mestre Caiçara) – Антонио Карлос Мораес (Antônio Carlos Moraes), родился в городе Cachoeira de São Felix в области Recôncavo Baiano (чуть южнее Сальвадора – столицы Баии) 8 мая 1924 года.
Кайсара был учеником местре Аберре (mestre Aberrê), позже стал членом Совета мастеров Бразильской АссоцицииКапоэйра Ангола (Conselho de Mestres da Associação Brasileira de Capoeira Angola). Записал один из самых значимых дисков Капоэйры Ангола, где представил различные ритмы беримбау, ладаиньи и несколько песен самбы ди рода.
Андре Ласе, журналист и писатель, автор книг о капоэйре пишет в одной из них ("A Volta do Mundo da Capoeira"):" Много десятилетий назад, я был обеспокоен начинавшимися попытками сравнить и сопоставить капоэйру с другими боевыми искусствами", он воспользовался одним из своих деловых визитов с Салвадор и поделился своими переживаниями с местре Кайсара, на что тот очень вежливо ответил: "Cada qual com seu cada qual" (как я поняла, наш аналог:"Каждому своё". Выражение означает, что каждый должен заниматься своей жизнью, а не чужой). Ласэ рассказывает также, что был и более примечательный случай в Сан-Паулу, когда один из бывших учеников Кайсары позвал его поиграть в роде. Местре, поняв, что парень играет довольно нагло вынес его из роды кабесадой, и еще раз наглядно продемонстрировал урок:"Одежда взрослого не подходит мальчишке. А Нынешнее поколение, едва научившись писать, уже думает, что умеет читать".
Множество раз Кайсара подтверждал своё мастерство, он был великолепным рассказчиком, а диски, которые он записал, говорят о его музыкальных талантах.
Местре Кайсара – одна из ярчайших персон капоэйры, легендарная личность. Его биография больше похожа на сюжеты из книг. В то время, когда Пелориньу (Pelourinho) ещё не имел сегодняшнего лоска и гламура, местре Кайсара диктовал свои правила на территории проституток и сутенёров, наркоторговцев и мошенников. Все должны были просить у него благословления.
Кайсара олицетворял собой целую эпоху в капоэйре. Провокационный, спорный, яркий, отважный, дерзкий, умный…он сформировал вокруг себя блестящую когорту учеников. Его ученики всегда выделялись красивой и в тоже время эффективной капоэйрой.
Большой знаток истории капоэйры, отличный рассказчик, у него всегда в запасе была отличная история, посвященная своим друзьям, и естественно, куча историй о своих недругах. Фигура, широко известная в Сальвадоре, Кайсара всегда присутствовал на любом празднике или ярмарке, в своей знаменитой красно-зелёной рубашке академии AcademiaAngola São Jorge dos irmãos Unidos do Mestre Caiçara. Так же назывался и его первый диск, выпущенный компанией AMC в Сан-Пауло и до сих пор встречающийся в магазинах компакт-дисков.
Он был радикальным защитником африканских традиций и очень большим их знатоком. Очень многие капоэйристы прислушивались к его мнению о прошлом и настоящем капоэйры. Каждый вечер его можно было встретить на terreiro de Jesus, сыплющего баснями, шутками и рассказами, продающего рыбу и играющего капоэйру. Так было до самой его смерти, 28 августа 1997 года.

Далее я наткнулась на ((http://www.jogodemandinga.com/meu-encontro-com-mestre-caicaras-nestor-capoeira/ статейку)) в ((http://www.jogodemandinga.com/ jogodemandinga.com)). Переводила с португальского, в котором не очень сильна. Кому не лень, можете проверить - подправить.

"Моя встреча с местре Кайсарой. Нестор Капоэйра"
Не все было "академично" в кругу наиболее известных мастеров Сальвадора. Это правда, что "смельчаки" и "смутьяны", "bambas периода 1922г." были были оттеснены такими "наставниками", как Местре Бимба, а затем и другими, среди которых и известный мастер Паштинья. Но "смутьяны" уходя, оставляли после себя "наследников", которых можно было найти на улицах, на Меркаду Моделу и т.д. Самый известный среди них был местре Кайсара ( Антонио Консейсан Мораес, 1923-1997), "хозяин уличной капоэйры" со своим впечатляющим, тяжелым и глубоким голосом, по мощности не уступающим двум оперным певцам.
С такой же громкостью, гармонией, а также естественным и здоровым эксгибиционизмом (там правда так - прим.перев.). В бразильской музыке тогда эквивалентами ему были такие исполнители, как Орландо Силва - "певец толпы", Кауби Пейшоту или Нельсон Гонсалвес, голоса которых доминировали на музыкальной сцене и радио примерно до 1960 года, пока не были вытеснены музыкантами Босса Новы, с их низкими, мягкими и "интимными" голосами (Жоао Жилберту, Нара Леау, Том Жобим, Винисиус де Мораес, и т.д). Влияние на них оказывал северо-американский джаз и такие исполнители, как Чет Бейкер.
Но Кайсара был не просто болтун, полный хвастовства и (как могло показаться) выдумок: он поднимал рубашку и показывал следы выстрелов, ножевых ранений, порезов бритв; у каждой "отметины" была своя история, которую он рассказывал с радостью, стоило его только пригласить выпить холодного пива, а заодно и кашасы с какой-нибудь закуской. Кроме того, в кандомбле шутить с ним не стоило. Не просто так его бычью шею покрывали разнообразные и бросающиеся в глаза обереги. Не для красоты.
Когда мы познакомились я был новичком 23-х лет от роду, он - именитым мастером и зрелым мужчиной 46-ти лет. После многочисленных кружек очень холодного пива (то, что не всегда легко найти в Сальвадоре) и разнообразных закусок, мы сидели в месте с сомнительной репутацией, снаружи какого-то грязного трактира. Кайсара сидел, покачиваясь вперед и назад, как будто в кресле-качалке, я - на табурете, как вдруг небольшой полицейский патруль приостановился на середине улицы, и от него стал спускаться сержант, размером с огромный холодильник. Широко шагая, он решительно направился в нашу сторону. Я сглотнул.Я был холоднее, чем полдюжины светлого, которое мы только выпили. Явно назревала небольшая проблема. Хотя, большная: Мастер Caiçara держал небрежно в руке, украшенной множеством колец, "itaba di ungira" (ихняя самокруточка с травкми - прим. перев.), которой могла бы позавидовать любая кубинская сигара Фиделя Кастро. Моментально, в парах алкоголя (мы разбавили пиво несколькими хорошими порциями кашасы) и дыму конопли мне померещилось мое будущее: наблюдаю за восходом солнца через решетку тюремной камеры.
Я быстро посмотрел на местре Кайсару и приготовился к тому, что будет. Неужели он, с его прошлым разбойника, даст отпор законникам? Он продолжал покачиваться на барном стуле, и единственным серьезным действием, которое он предпринял, было то, что он сделал еще одну глубокую затяжку, только больше наполняя зловонием окружающее пространство.Сержант подошел, остановился перед Кайсарой, опустился на колено, нарисовал несколько знаков на земле, поцеловал руку мастера и попросил:"Благослови меня, отец".Кайсара сбил с сигары пепел и той же дымной рукой начертил над головой сержанта некие каббалистические знаки, бормоча при этом какие-то фразы на языке Наго. Полицейский встал, поблагодарил его и, присоединившись к патрулю, ушел.

А теперь, то, что я нашла про само слово. Тоже довольно занятно.
Caiçara является словом языка племен Тупи, живших в прибрежных районах Бразилии начиная с 16 века. Первоначально так называли лишь тех, кто зарабатывал и жил только рыбной ловлей. Позже термин caiçara стал обозначать различные предметы типичной культуры бразильского побережья, точнее его южной и юго-восточной части.

Некоторые авторы утверждают, что общины "caiçaras" это так же популяции пляжей и рек, которые граничат с прибрежными округами Сан-Паулу, Параны, и даже у некоторых из берегов Санта-Катарины сохранились те же характеристики этнических и культурных параметров, которые оставляют возможность для сравнения.

Общности "caiçaras" появлялись с начала 17 века, люди, которых так называли рождались от смешанных браков белокожих португальского происхождения с представителями коренного населения прибрежных районов Сан-Паулу (tupinambás), за исключением городов Сантос, Сан-Паулу, и восточных рек Рио-де-Жанейро. Свой вклад также внесли свободные чернокожие, которые избежали влияния городских территорий (городов и поселков).

Поискав еще немного я узнала, что кайсара - это еще и вид ядовитой змеи. Длиной она достигает 1.6м, довольно быстра в атаке, а яд её разрушает мышечные волокна и ткани. Питается мелкими ящерками, земноводными и мышами. И, между прочим, это один из некоторых видов, которым в Бразилии приписывают большинство укусов на душу населения в год (с жараракой ноздря в ноздрю идут).


Журнал «Вокруг Света» №5 (2464) | Май 1979 Рубрика «Без рубрики»

http://www.vokrugsveta.ru/img/cmn/2007/10/04/020.jpg Площадь принадлежит народу, как небо — кондору, — сказал великий бразильский поэт прошлого века Кастро Алвес. Эта хрестоматийная строка, когда я приехал в Рио-де-Жанейро и начал знакомство с городом, зазвучала вдруг в горьком, не предусмотренном поэтом смысле.

Подыскивая квартиру, я быстро осознал, что дома не принадлежат народу — они принадлежат домовладельцам. Затем обнаружилось, что и улицы созданы не для народа, а — по бразильской классификации — для сеньоров и сеньор из общества, чьи автомобили не только заняли мостовые, но и заставили узкие тротуары. Народу остается лишь протискиваться вдоль стен бочком, озираясь, как в крепости, захваченной неприятелем.

Но площади, а вернее, маленькие городские скверы, пока еще принадлежат народу. Это молчаливо признают даже официальные круги в лице городовых. Пока не рассветет, полицейские не гоняют со скамеек ночующих на них бедняков. Сквозь пальцы смотрят стражи порядка и на деятельность дневных посетителей, явно не озаботившихся получением патента. А в выходные дни на скверах становится тесновато.

По чести признаюсь, что полюбил площади Рио-де-Жанейро больше и посещал их чаще, чем пляжи. Пусть среди городских камней жара еще сильнее, зато здесь видишь жизнь, а не сонное лежание на белом песке. Посвященная непременно какому-нибудь из многочисленных генералов этой мало воевавшей страны, площадь сейчас вновь разворачивается перед моим мысленным взором.

Вот, разложив священные книги прямо на земле, старая проповедница Евангелия напрасно растрачивает свой пыл перед двумя-тремя зеваками. Рядом фокусник собрал заметно большую аудиторию и приводит ее в восторг, опорожняя бездонные карманы и рукава потертого пиджака. Моментальный фотограф со старинным ящиком, обклеенным образцами продукции, режиссирует привычную мизансцену: двое влюбленных под деревом. Золотых дел мастер разложил украшения на лоточке и, сидя возле него, не перестает гнуть щипчиками медные проволочки. У другого лотка необъятная негритянка в снежно-белых кружевных одеждах торгует сладостями из кокосового ореха, кукурузы и маниоки.

Такой запомнилась мне площадь, на которую я вышел как-то вскоре по приезде в Бразилию. В тот раз на площади мое внимание приковала драка двух смуглых маленьких пацанят. Они не лупцевали друг друга портфелями, не «стыкались до первой кровянки». Мальчишки дерутся по всему свету, но то была не мальчишечья драка, а просто побоище. Негритята крутились колесом, подскакивали выше головы, лягали один другого, делали беспощадные подсечки и вообще, казалось, решили не уходить из сквера живыми. Однако особенно меня поразило то, что вокруг них собралась толпа любопытных, из которой раздавались одобрительные реплики!

Среди моих первых впечатлений числилось, что бразильцы очень сильно, я бы сказал, несдержанно любят детей, частенько позволяют им лишнее. Правда, многим малышам приходится работать и ночевать под открытым небом, но этого бразильцы стыдятся и надеются когда-нибудь с этим покончить. Так что поведение толпы, наблюдавшей за сражением маленьких гладиаторов, поставило меня в тупик.

Однако мое возмущение длилось недолго. Нападая на противника, один из бойцов вдруг сделал поворот вокруг своей оси и подбросил ножку изящно, как балерина. И тут до меня дошло, что, несмотря на свирепость ударов, противники до сих пор совершенно невредимы. А в гомоне площади я расслышал наконец ритмично всплескивающее гудение струны, которому как будто подчинялись движения мальчишек.

«Славу богу, это не драка!» — догадался я, повернувшись на звук струны, и увидел на скамейке человека, похожего на негатив — черное лицо и белые волосы. В руках у него был беримбау — нечто вроде бамбукового лука с прикрепленной внизу скорлупой кокосового ореха. Старик держал левой рукой лук за нижний конец, а правой постукивал по тетиве палочкой и встряхивал погремушку, подчеркивая ритм. (Должен сказать, что, хотя у беримбау только одна струна, научиться играть на нем отнюдь не просто.)

Со стариком я познакомился без труда. Он для того и устраивал это небольшое представление, чтобы привлечь внимание публики — не к себе и не к руководимой им группе любителей народных традиций, а к Ее Величеству Капоейре.

— Капоейра, а не футбол, — вот что наше, бразильское, — горячо убеждал меня старый негр, и его выпуклые, в красных прожилках глаза смотрели на меня грозно, хотя я и не думал возражать. — Не надо никакого снаряжения, и тем не менее вы сохраните ловкость, силу и здоровье до седых волос. Приходите к нам в академию, сами увидите.

— Красивый танец, — необдуманно поддакнул я.

— Капоейра — не танец, а борьба, — поправил старик. — Вы насмотрелись шоу для иностранцев. Разве там покажут настоящую игру?

Мой собеседник был не совсем прав. Позднее я не раз видел капоейру в исполнении серьезных фольклорных ансамблей. Отрепетированные и согласованные движения партнеров были настоящим, стопроцентным танцем, если и не балетным па-де-де, то чем-то близким к акробатическим трюкам казацкой пляски. Сопровождал капоейру целый оркестр из нескольких беримбау, реко-реко — бамбуковых палочек с насечками, по которым водят другой бамбуковой палочкой, бубнов-пандейро, атабаке (вид барабана), аго-го (разновидность маракас) и тому подобных инструментов. Точно такой оркестр я видел и на четвертом национальном чемпионате по капоейре. Ему точно так же подчинялись движения — не отрепетированные, но согласованные — двух, теперь уже не партнеров, а противников. Они вставали на руки и выделывали пируэты с единственной целью — нанести удар ногой в грудь или в голову друг другу. Но как ни старались бойцы, они причинили взаимно не больше урона, чем артисты ансамбля. Наверное, я бы так и не воспринял всерьез эту странную борьбу, где противники почти не касаются друг друга и делают слишком много бесцельных движений, где слишком много музыки и пластики, если бы меня не просветил заранее знаток капоейры.

Местре Эпитасио — имя старого негра. Местре — «мастер», «учитель». Мы сидели в его комнате, просторной для спальни, каковой она служила ночью, но более чем тесной для «академии». Борцы, видимо, часто налетали на стены, потому что побелка здорово пообсыпалась.

— В Бразилию капоейру завезли негры-невольники из Африки, — тоном лектора рассказывал местре. — Одну из разновидностей борьбы мы называем «Капоейра-де-Ангола». Что мог захватить с собой раб, обнаженный и закованный в железо? Память о родине, ритмы ее барабанов, ее богов, но главное — ее тайное оружие, надежду на спасение. В Африке капоейра скорее всего была игрой. Иначе зачем столько музыки и заботы о том, чтобы не причинить вреда? С помощью капоейры можно убить человека, но она не знает специальных ударов в важные центры, как каратэ, джиу-джитсу, американская вольная борьба.

Когда местре Эпитасио выстроил учеников перед занятиями, они хором повторяли за ним слова присяги капоейристов, клянясь в рыцарстве и дружелюбии по отношению к противнику. В комнатушке Эпитасио, как в любом гимнастическом зале, пахло потом и пылью. Группа закончила тренировку, и ребята, мокрые после нелегких упражнений, окружили нас. Но то и дело кто-нибудь отходил в сторону, чтобы лишний раз пройтись на руках или взметнуть ногу выше головы, развивая гибкость суставов.

— Капоейру в Бразилии преследовали с самого начала. Если за африканские песни и танцы пороли, выставляли в колодках на палящее солнце, если за поклонение африканским богам жгли на костре, разве стерпели бы плантаторы такие опасные занятия? Они хотели убить в рабах всякую память об Африке, самый дух сопротивления. Но, наказывая невольников, они несли убытки и потому закрывали глаза на маленькие, безобидные вольности, а негры научились создавать Африку в Бразилии незаметно для хозяев.

«Академия» находилась на втором этаже старого дома, выложенного неведомо когда из сырцового кирпича. С низкой скамейки через окно мне видны верхние листья банана — светлые огромные лопухи — на фоне густой темной кроны мангового дерева. Оно уходило куда-то высоко вверх, откуда, словно мячики на веревочках, спускались на длинных побегах зеленые и уже желтеющие плоды. К висящим над окном поилкам со сладкой водой подлетали колибри. Замирая в воздухе, они просовывали кривые иголочки клювов в отверстия поилки и через мгновение улетали с сахарной каплей к птенцам. Но местре не любовался видом в окне. Опустив голову, он глядел куда-то сквозь меня, и то, что видел, причиняло ему страдания. Пожевав синими старческими губами, местре продолжал:

— Вы знаете, что такое «банзо»? Нет, это не ностальгия. Банзо — тоска по Африке — не просто мучила негров, лишала их сна и аппетита. Не ностальгия! От банзо сходили с ума, кончали жизнь самоубийством. Но еще она давала людям силу и смелость, прибавляла им ума и хитрости.

Жаркий воздух волнами вливался в комнату. Над нашими головами чуть слышно жужжали крыльями колибри. Ребята больше не отвлекались гимнастикой — все слушали местре Эпитасио. Местре взял свой беримбау и начал постукивать по струне. Струна загудела призывно, она будоражила и требовала, она звучала, словно голос далекого предка-раба, несломленного, непокоренного.

— Бразилия считается крупнейшей католической страной, — усмехнулся местре. — Но последователей языческого культа кандомбле среди бразильцев куда больше, чем католиков! В самые лютые времена инквизиции негры ухитрялись молиться своим африканским богам на глазах у надсмотрщиков. Каждый черный бог получил христианскую кличку — имя какого-нибудь католического святого, ну а уж обряд оставался африканским: плантаторы и монахи снисходили к темноте черной паствы. Им казалось, что они сумели привести заблудшие души невольников в лоно истинной церкви и бог за это простит рабовладельцам их богопротивные дела. То-то на Страшном суде их ждет сюрприз!

Местре не улыбнулся. Но среди учеников раздались смешки.

— Капоейру тоже было легко замаскировать под танец. Подумайте, после целого дня работы на плантации невольники находили силы для упражнений.

Я представил себе обычное поместье рабовладельца, как изображают его гравюры тех времен: белый просторный казагранде — господский дом на вершине одного из бесконечных бразильских холмов. У его подножия — сензалы — невольничьи бараки, крытые пальмовым листом. На веранде многочисленному семейству хозяина черные слуги в белых перчатках подают вечернюю чашку кофе. Прихлебывая, господа снисходительно наблюдают сверху, как верные рабы на пыльном пятачке перед бараками дают им представление — под звуки беримбау и реко-реко выделывают антраша и фуэте капоейры.

— Именно благодаря капоейре в киломбо не боялись «лесных капитанов», — торжественно сообщил мне местре Эпитасио и был по справедливости вознагражден изумленным: «Вот оно что!».

Местре действительно бросил свет на малоизвестные отношения известных персонажей бразильской истории.

Оригинал статьи: http://www.vokrugsveta.ru/vs/article/5771/